История Русского флота

История Русского флота.

 
» » Бой КР "Баян" и "Макаров" с КР "Аугсбург" 14 мая 1914 года


Бой КР "Баян" и "Макаров" с КР "Аугсбург" 14 мая 1914 года

Автор: russiaflot от 9 июня 2019


Бой КР "Баян" и "Макаров" с КР "Аугсбург" 14 мая 1914 года

Крейсер Баян

 

Неудача 13 августа, тем не менее, не обескуражила неприятеля. На следующий день около 17ч КР «Аугсбург» (флаг контр-адмирала Э. Беринга) обстрелял русские тральщики, ведущие работы в устье Финского залива, но вскоре был замечен дозорными КР «Адмирал Макаров» и «Баян» и немедленно начал отходить на вест.

Намерение противника заключалась в том, чтобы увлечь за собой русских и тем самым вывести их на позицию ПЛ U-3, действовавшей совместно с крейсером, обеспечив её благоприятные условия для торпедной атаки.

 

С этой целью «Аугсбург» и следующий ему в кильватер ЭМ V-25 в 17.46 даже повернули навстречу нашим

броненосным крейсерам и, сблизившись с ними до 72каб, в 18.10 легли на обратный курс, открыв с дистанции 66каб огонь из 105мм орудий. «Адмирал Макаров» и «Баян» самым полным ходом преследовали их на параллельных курсах, ведя интенсивную стрельбу по неприятелю, который вскоре оказался накрытым высокими всплесками 8″ снарядов. Всего в ходе более чем часовой погони их было выпущено более 40, большинство из которых ложилось не далее 150м от «Аугсбурга», создавая, по словам очевидцев, «впечатление нескольких в него попаданий». Но, как оказалось впоследствии, германский крейсер получил лишь незначительные

повреждения от осколков, которые буквально «покрывали палубу».

В 18.27 русские КР, резко изменив курс вправо, резко прекратили преследование – с мостика «Адмирала

Макарова» обнаружили ПЛ U-3, изготовившуюся для атаки. Чтобы вновь увлечь русских за собой и подвести их ещё ближе к своей субмарине, контр-адмирал Беринг даже приказал повернуть на обратный курс и, застопорив ход, травить пар из вентиляционных труб машинного отделения, изображая аварию руля.

Видя неподвижный, в облаках белого пара «Аугсбург», командир «Адмирала Макарова» капитан 1 ранга К.И. Степанов (старший дозора) посчитал его тяжело поврежденным и в 18.32 крейсера вновь повернули на противника, открыв сильный огонь главным калибром, временами вводя в дело и средний. Удачная стрельба

вынудила противника отбросить маскировку и вновь развить полный ход, склоняясь к зюйдовым румбам.

Бесперспективность погони становилась все более очевидной – в 19ч русские корабли прекратили преследование и повернули на норд.

Действия дозорной полубригады, не сумевшей, используя превосходство в силах, отрезать противнику пути отступления и принудить его к решительному бою, не нашла одобрения у вышестоящего командования.

Приказом адмирала Н.О. Эссена напитан 1 ранга К.И. Степанов был отстранен от должности, а на его место назначен капитан 1 ранга П.М. Плен».

С.Е Виноградов, А.Д Федечкин. Крейсера Адмирал Макаров, Паллада, Баян.

 

Бой КР "Баян" и "Макаров" с КР "Аугсбург" 14 мая 1914 года

 Крейсер Аугсбург

 

Гангут № 44 А. К. Вейс На крейсере «Баян» в годы Первой мировой войны.

«14 августа были посланы тральщики для определения минного поля в 39 квадрате и,

если явится возможность – то вытралить его; для охраны же работающих были назначены крейсера «Адмирал Макаров» и «Баян» под командой командира «Макарова», как старшего из командиров, с категорическим

приказанием адмирала Н.О. Эссена ни в коем случае не терять из виду тральщиков. Приближенное расположение минного поля нам было сообщено.

Придя к месту, откуда тральщики должны были начать свою работу, крейсера застопорили свои машины, а тральщики пошли на работу. Около 14ч дня, когда тральщики отошли от нас миль на 8 на W, и, видя, что командир «Макарова» не собирается следовать за ними, я по семафору напомнил ему распоряжение адмирала, на что получил ответ, что в свое время пойдет к тральщикам. В 4.30 старший минный офицер лейтенант А.С. Борейша пришел мне доложить, что по беспроволочному телеграфу принято немецкое радио, судя по волне и звуку, неприятельское судно, пославшее её, находится недалеко от нас. Я снова сообщил командиру

«Макарова», что нам надо идти к тральщикам, но ответ с «Макарова» был тот же, что и в первый раз. Около

4.45 тральщики по телеграфу сообщили, что на горизонте виден дым неприятельского корабля, сами же они почти скрылись за горизонт и были от нас в милях в 15. Я в третий раз передал командиру «Макарова», что нам надо идти к тральщикам, и в третий раз получил ответ, что пойдем в свое время; тут, не вступая более в переговоры, я дал полный ход и пошел к тральщикам. На «Макарове» подняли сигнал, требовавший мне остановиться, но я его не исполнил, приказав ответ поднять до половины.

Вскоре тральщики протелеграфировали, что неприятельский крейсер их преследует, а затем – что неприятель открыл по ним огонь, но мы уже видели неприятеля и быстро к нему приближались. Это оказался «Аугсбург», и так как он был слабее нас, то ему пришлось бросить преследование тральщиков. Мы легли на курс WSW, дабы отрезать «Аугсбургу» выход из Финского залива; «Макаров» тоже дал ход и шел за мной, держа сигнал

вступить ему в кильватер, а затем, видя, что я его не исполняю, стал повторять этот сигнал прожектором. В конце концов, пришлось исполнить его приказание ввиду его старшинства и вступить ему в кильватер. В дальнейшем командир «Макарова» так маневрировал, что дал возможность «Аугсбургу» беспрепятственно уйти от нас,

между тем как он был в наших руках.

При сближении с «Аугсбургом» обменялись несколькими снарядами, но без вреда обеим сторонам; в своем же донесении командир «Макарова» писал, что он очень удачно обстрелял «Аугсбург», сделав в него массу

попаданий. Когда мы шли на сближение с «Аугсбургом» прибегает ко мне унтер-офицер от старшего офицера с вопросом, не надо ли выкинуть за борт патроны от 75мм пушек, приготовленные на случай встречи с подводными лодками. А я имел неосторожность сказать, что если встретимся с неприятелем и вступим с ним в бой, то для предупреждения несчастных случаев от попадания неприятельских снарядов в приготовленные патроны, выкинуть их за борт, потому что убирать их в погреба займет много времени. В данный же момент, видя, что боя не будет, приказал ни в коем случае их не выкидывать. Вскоре после того «Аугсбург» открыл огонь, а ещё через некоторый момент прибегает унтер-офицер и докладывает, что все патроны уже выкинули, в ответ сказал что-то резкое, но дело было сделано.

Когда «Аугсбург» благополучно ушел от нас, мы пустились в обратный путь. Был уже 7-й час. Видя, что нам

засветло не пройти дозорной линии, где крейсировали наши миноносцы и которую не разрешено было проходить нашим суда в ночное время, я напомнил об этом командиру «Макарова» по семафору, так как мы прошли все

бухты, подходящие для ночевки, на что получил ответ – следовать за ним. Предполагая, что командир

«Макарова», как старший, получил какие-нибудь дополнительные инструкции, больше не подымал об этом вопроса. Но около 9ч вечера, когда мы подошли к линии завесы, произошло следующее: дозорные миноносцы, не предупрежденные о нашем проходе, как и следовало ожидать, приняли нас в темноте ночи за неприятеля. Надо

дать справедливость, что ночь была очень темная, и вот они зателеграфировали по радио, что неприятельские суда прорываются за линию завесы. Мы начали делать опознавательные сигналы, но это ничему не помогло, с

миноносцев открыли огонь из пушек и пустили мины, которые, к счастью, прошли мимо. Это Божие провидение, и таких случаев был не один, где, буквально, «Баян» был храним Богом. В это время с «Макарова» открыли огонь по миноносцам, и мой артиллерийский офицер тоже подошел ко мне с просьбой открыть огонь, но я не разрешил, так как знал, что это наши миноносцы. Снаряды с миноносцев летали через крейсер, но ни один не попал. Приказал показать свои позывные клотиковой лампочкой, после чего стрельба с миноносцев

прекратилась. И так мы выбрались из этой каши благополучно.

Когда вернулись в Ревель, я приготовил донесение о всем случившемся и собирался ехать с докладом к адмиралу Н.О. Эссену, но по семафору или проезжая мимо «Баяна», не помню, командир «Макарова» передал, что он обо всем сам доложит, и чтобы я не ездил. Выждав некоторое время по расчету, что командир «Макарова» успел обо всем доложить, я сел на вельбот и отправился на «Рюрик», где был сейчас же принят адмиралом. Подходя к его каюте, услышал раздражительный и недовольный его голос; в каюте были адмирал Н.О. Эссен, начальник штаба контр-адмирал Л.Б. Кербер и командир «Макарова». Адмирал Эссен резко обратился ко мне со словами (подлинных слов не помню, но смысл таков) – что вы там натворили? Я ничего не ответил и подал ему свой рапорт. Он его прочитал и подал начальнику штаба сказав, здесь картина совсем другая, но затем все-таки недовольным тоном спросил: «Зачем вы стреляли по нашим миноносцам?». Я был очень удивлен таким вопросом и ответил, что «Баян» не сделал ни одного выстрела по нашим миноносцам.

 

Тогда адмирал Н.О. Эссен заявил, что командир «Макарова» утверждает, будто бы «Баян» первый дал залп из 6-дюймовых орудий. Это меня возмутило и, без того озлобленный против командира «Макарова» за все его выходки, я заявил, что если мне не верят, то пусть произведут сейчас следствие по этому делу. В тот же день командир «Макарова» был сменен, и вместо него назначили капитана 1 ранга П.М. Палена».

Гангут № 44 А. К. Вейс На крейсере «Баян» в годы Первой мировой войны.



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий


 
Яндекс.Метрика