Сделать домашней|Добавить в избранное
 

История Русского флота

История Русского флота.

 

„Новики" в кампании 1916 года

Автор: russiaflot от 16 января 2014


В кампании 1916 г. германское верховное командование не планировало наступательных операций на приморском страте­гическом направлении Восточного фронта. В связи с этим оно отозвало с Балтики соединения флота открытого моря, чтобы усилить основные силы, направленные против англичан. Поэто­му штаб Балтийского флота считал маловероятным прорыв гер­манских сил в Финский залив. В начале 1916 г. Балтийский флот стал подчиняться непосредственно ставке, при которой был создан Морской штаб. Теперь командующий флотом мог использовать корабли всех классов по своему усмотрению.

Перед Балтийским флотом была поставлена задача не до­пускать проникновения противника к востоку от главной мор­ской нарген-порккалауддской позиции в Финском заливе. Штаб флота на основании этой директивы разработал план кампании на 1916 г., состоящий из двух частей: оборонительной и актив­ной — наступательной. Вторая часть плана сводилась в основ­ном к тому, чтобы «стремиться к уничтожению всякой более слабой части неприятельского флота и всех коммерческих его судов каждый раз по выходе их в море».

К решению этой задачи решено было привлечь эсминцы типа «Новик». В ходе кампании 1916 г. в состав Балтийского флота вступили еще 10 кораблей этого класса: «Азард», «Гав­риил», «Гром», «Десна», «Изяслав», «Капитан 2 ранга Изыль- метьев», «Лейтенант Ильин», «Летун», «Орфей», «Самсон». Всего эскадренных миноносцев типа «Новик» на Балтике на­считывалось уже 13. Из них были сформированы три дивизио­на минной дивизии.

Зимой 1915/16 г. на «Новике» и других эскадренных мино­носцах была произведена модернизация артиллерийского воору­жения. Все станки под 102-миллиметровыми орудиями были за­менены новыми, на более высоких основаниях. Это позволило увеличить углы возвышения орудий. Они могли теперь стрелять на дистанцию до 82 кабельтовых .

Наиболее интересной операцией кампании 1916 г. на Балти­ке, в которой участвовали эскадренные миноносцы «Новик», «Гром», «Победитель», был набег на германский конвои в Норчепингской бухте 31 мая.

Английское посольство в Стокгольме сообщило русскому ко­мандованию, что 23, 28 и 31 мая из столицы Швеции и Окселе- сунда в Германию на немецких транспортах будет отправлено 84 тыс. т железной руды. Разведка установила, что конвои из этих районов выйдут в светлое время суток и между 19 и 20 ч. будут находиться в районе Лаисорта.

Командующий Балтийским флотом принял решение «произ­вести обследование района Лансорт—Готланд — северная око­нечность о. Эланд с целью уничтожения в этом районе дозор­ных и сторожевых судов — конвоиров, а также захвата или уничтожения неприятельских коммерческих судов, караван ко­торых с большим грузом железной руды должен выйти к югу от Лансорта в 19—20 ч 28 мая»

Выполнение задачи возлагалось па специально сформиро­ванный отряд особого назначения под командованием контр- адмирала П. Л. Трухачева (командир 1-й бригады крейсеров). В состав отряда были включены броненосный крейсер «Рюрик», крейсера «Богатырь» и «Олег», эсминцы «Новик», «Победи­тель», «Гром» (из 1-го дивизиона) и восемь угольных минонос­цев из 6-го дивизиона. Командование эскадренными минонос­цами возлагалось на начальника минной дивизии.

31 мая в 13 ч 30 мин отряд особого назначения вышел из Люма — базы русского флота в северо-западной части Або- Аландских шхер. В 22 ч, после пересечения меридиана банки Копперстенарие, эсминцы отделились от отряда и, увеличив скорость до 25 уз, взяли курс на Норчепингскую бухту. «В 23 часа стемнело, настала темная и облачная ночь, но при ясном горизонте»,— писал в своем рапорте командующему флотом начальник минной дивизии .

Шли курсом 248°; в 23 ч 15 мин обнаружили по курсу дымы, а в 23 ч 30 мин показался караван судов, направлявший­ся вдоль берега на юг. Всего было видно от 12 до 14 судов, при­чем все они шли с огнями, не исключая и концевого. Через несколько минут стали заметны силуэты небольших низкоборт­ных судов, шедших между этими судами с восточной стороны тем же курсом. По виду они были похожи на миноносцы.

Отряд пошел на сближение. В 23 ч 30 мин начальник мин­ной дивизии приказал сделать выстрел под нос концевому ко­раблю, а через несколько минут— второй. С концевого корабля и небольших судов где-то в голове каравана были даны сигна­лы ракетами, затем небольшие суда повернули обратно и от­крыли огонь. Почти одновременно русские эсминцы разверну­лись на северо-запад, чтобы не разминуться с ними и не поте­рять концевого, и открыли огонь.

Первыми же залпами с эскадренных миноносцев «Новик» и «Победитель» оказались накрыты два корабля, были видны по­падания. Через некоторое время одно судно прекратило огонь и стало быстро тонуть. Вскоре над водой клубились только об­лака пара и дыма. В то же время эскадренный миноносец «Гром» открыл огонь по концевому кораблю и со второго или третьего залпа попал в его борт. На корабле вспыхнул пожар.

Тогда «Гром» перевел огонь на следующие корабли противника, которые после первых же выстрелов в их сторону повернули к берегу.

Около места гибели корабля, потопленного «Победителем», появилась целая группа небольших судов, открывшая по рус­ским эсминцам огонь. В ответ по судам противника с «Новика» были выпущены торпеды, после чего раздался сильный взрыв. В 23 ч 50 мин «Новик» подходил к неподвижно стоявшему кон­цевому кораблю, на котором полыхал пожар и шел пар из пере­битых труб. «Новик» сделал по нему залп, но ответа не после­довало.

Через 2 мин был замечен силуэт судна, несущего яркий бе­лый топовый огонь и красный огонь на форштевне. Определить, что это за судно, не удалось. «Новик» пошел ему навстречу. На судне включили прожектор и открыли огонь. Прозвучали ответ­ные залпы с «Новика», после чего прожектор погас, а через несколько минут на судне показалось пламя и стрельба прекра­тилась.

Когда судно уходило, удалось разглядеть, что это — транс­порт водоизмещением 3—4 тыс. т и длиной около 300 фут. В носовой части его через пробоины был виден пожар. Кругом на разбитых шлюпках и обломках плавало несколько десятков человек; пароход немного осел носом, но не тонул, и восточ­ным ветром его относило по направлению к шхерам. «Новик» начал торпедную атаку.

Первая торпеда с расстояния около 1 кабельтова, по-види­мому, ушла на глубину, вторая не взорвалась. Так как на «Но­вике» оставалось всего четыре торпеды, командир приказал эскадренному миноносцу «Гром» взорвать пароход. Лишь третья торпеда попала в середину парохода, и он стдл медленно крениться и садиться кормой. В то же время на нем начали взрываться патронные погреба, да так сильно, что обломки сы­пались на «Новик». Тем не менее корабль тонул медленно, по крайней мере 15—20 мин.

Дальше русские корабли не преследовали неприятельский конвой, так как опасались зайти в территориальные воды Шве­ции. Позднее выяснилось, что русские эсминцы вели бой с кон­воем, в составе которого было 12—14 транспортов. Их охраняли вспомогательный крейсер «Герман» и несколько небольших эскортных кораблей. Всего было уничтожено два немецких эс­кортных корабля, несколько транспортов и крейсер «Герман».

После этой смелой операции русского отряда особого назна­чения Германия более чем на неделю прекратила морские со­общения со Швецией. Для охраны последующих транспортов командование было вынуждено выделять часть сил из основно­го ядра флота.

Норчепингская операция подтвердила правильность практи­ки учебных стрельб и показала, что залповый огонь для миноносцев типа «Новик» не только возможен, но и наиболее эффективен. В ходе ее были впервые широко испытаны трассиру­ющие снаряды («факелы»). Вся траектория снаряда, по словам дивизионного артиллерийского офицера старшего лейтенанта JT. Ростовцева, была отчетливо видна в воздухе, и не было ни одного случая, когда бы «факел» не подействовал. «Общее впе­чатление,— заключал он,— что мы имеем в снарядах данного типа надежное средство поражения».

Неудача при использовании эскадренными миноносцами тор­пед с близкого расстояния объяснялась тем, что вертушка, взводившая в боевое положение ударник, срабатывала только на дистанции более 1,5 кабельтова.

Все большую угрозу представляла для флота вражеская авиация. Сказывалось недостаточное количество средств про­тивовоздушной обороны даже на новых эскадренных минонос­цах. Корабли имели только по одной 40-миллиметровой проти- воаэропланной скорострельной пушке, и для усиления зенитной обороны кораблей при выходе на боевые задания приходилось переносить эти пушки с одного корабля на другой, что приво­дило к поломкам их материальной части, Кроме того, вслед­ствие небольшого боезапаса к зенитным пушкам не удавалось обучить личный состав практической стрельбе по воздушным целям.

Не все боевые походы балтийских «новиков» заканчивались успешно. Так, 8 ноября 1916 г. у о. Вульф германская мина взорвалась под кормой миноносца «Летун». Командир корабля сообщал, что видимость была 5 миль, ни подводных лодок, ни перископов, ни следа от мины не наблюдалось.

Обе турбины сразу остановились, вода заполнила кормовые отсеки от переборки кормовой турбины до ахтерштевня. «Ле­тун» на буксире был доставлен в Ревель для осмотра подводной .части водолазами. С левого борта от винта до ахтерштевня была пробоина, руль отсутствовал, левый гребной вал загнут под киль, кронштейн повис на валу, у винта две лопасти обо­рваны, правый вал согнут и смотрит вниз. Обнаружены трещи­ны и разошедшиеся листы от 140-го шпангоута до ахтерштевня. Оба кормовых орудия не вращались . Повреждения были на­столько серьезными, что до конца войны ввести корабль в строй не удалось. Несмотря на большие повреждения от взрывов, жи­вучесть «Летуна», как, впрочем, и «Забияки», оказалась высо­кой: оба корабля оставались на плаву и смогли быть отбуксиро­ваны в свои базы.Главной задачей Черноморского флота в кампании 1916 г. была по-прежнему блокада Угольного района и нарушение ком­муникаций противника у побережья Восточной Анатолии, а также блокада Босфора, которую осуществляли в основном под­водные лодки, находившиеся на позициях от Бургаса до

Амасры .

Эскадренные миноносцы «Пронзительный» и «Пылкий» нес­ли, как обычно, блокадный дозор в Угольном районе.

В ночь с 7 на 8 января они обнаружили следовавший из Босфора в Зунгулдак турецкий пароход «Кармен». «Пронзи­тельный» потопил его торпедами. Узнав от пленных, снятых с парохода, что для прикрытия транспорта в море вышел гер­манский линейный крейсер «Гебен», русские эсминцы легли на курс к Босфору и встретились здесь с ним. Координаты его были переданы по радио находившемуся в прикрытии линейно­му кораблю «Императрица Екатерина II», который вышел в свой первый боевой поход (ои только что вошел в состав Черноморского флота). Подойдя к «Гебену» на расстояние 125 кабельтовых, линкор открыл огонь из орудий главного ка­либра по нему и добился нескольких накрытий. «Гебен» повер­нул к Босфору. Бой на преследовании продолжался около 30 мин. Благодаря преимуществу в скорости германскому крей­серу удалось оторваться от русского линкора и скрыться в про­ливе.

В феврале штаб флота в связи со сложившейся обстановкой скорректировал план блокады Угольного района. В соответ­ствии с новой схемой подводные лодки должны были наблюдать за портом Зунгулдак днем, а зарядку аккумуляторных батарей производить ночью. С наступлением темноты, когда можно было приблизиться к берегу незаметно, наблюдения продолжа­ли два эскадренных миноносца. С рассветом эсминцы на боль­ших скоростях отходили на север. Таким образом осуществля­лись непрерывные наблюдения за берегом .

В начале марта в Угольном районе несли блокадную служ­бу ночыо эскадренные миноносцы «Быстрый» и «Громкий», а днем подводная лодка «Морж», с которой поддерживалась по­стоянная радиосвязь. Согласно инструкции, миноносцы с рас­светом отходили на 50—60 миль от берега, а наблюдение про­должала лодка. 12 марта лодка обнаружила турецкий уголь­ный транспорт «Сайяр» водоизмещением 5600 т, который был потоплен миноносцами.

Подобные действия русских кораблей значительно ухудши­ли снабжение турецкой столицы и других портов углем и про­довольствием. Во многих гаванях корабли противника стояли без паров и электроэнергии.Летом 1916 г. командование Черноморским флотом решило поставить активные минные заграждения у Босфора. К выпол­нению этой операции привлекались подводный минный загради­тель «Краб» и эскадренные миноносцы 1-го дивизиона «Беспо­койный», «Гневный», «Дерзкий», «Пронзительный». Операцию обеспечивали силы прикрытия в составе линейных кораблей «Императрица Мария», «Императрица Екатерина II» и эскад­ренных миноносцев «Громкий» и «Счастливый».

29 июля к Босфору для разведки была послана подводная лодка «Нерпа», а 31 июля «Краб» вошел в пролив в подвод­ном положении и поставил -здесь 60 мин в две линии Затем 3 августа из Севастополя для продолжения постановки мин вы­шли эсминцы 1-го дивизиона и отряд прикрытия. Несколько раньше в непосредственной близости от района постановки за­няли позиции подводные лодки «Кит» и «Нерпа». Они подава­ли световые сигналы подходящим к Босфору кораблям, чтобы те могли уточнить свое место назначения. Около полуночи «Дерзкий» и «Гневный» начали постановку заграждения к во­стоку от минного поля, выставленного «Крабом». Несмотря на то что ночь была звездная и видимость достигала 40 кабельто­вых, русские корабли не были обнаружены противником. Эсминцы 1-го дивизиона, успешно проведя операцию, вернулись в Севастополь, приняли новую партию мин и снова вышли в море.

Такие боевые походы повторялись в течение еще четырех су­ток. Особенно тяжелые условия сложились в ночь на 7 августа. Мины на этот раз ставили миноносцы «Беспокойный», «Дерз­кий» и «Пронзительный». Сильный ветер и большая зыбь ме­шали работе, мины все время приходилось поддерживать рука­ми и отдавать стопора у минных рельсов в последние секунды перед командами «Правая» или «Левая», служившими сигнала­ми для сбрасывания мин с минных путей соответствующего борта.

Всего в течение мая — августа было выставлено 820 мин, полукругом у входа в Босфор, которые закрывали пролив для боевых кораблей и транспортных судов противника .

Однако к середине сентября противнику удалось протра­лить фарватер в заграждении, поставленном русскими корабля­ми у Босфора. В перехваченной русской разведкой шифрован­ной турецкой радиограмме точно указывалось направление протраленного фарватера. Туда немедленно были посланы эс­кадренные миноносцы 3-го дивизиона «Быстрый», «Громкий», «Пылкий», каждый из которых взял на борт по 40 мин. Их со­провождали два угольных миноносца того же дивизиона «Лей­тенант Шестаков» и «Капитан-лейтенант Баранов», имевшие па

 

борту по 50 мин. В ночь на 15 сентября эти корабли загради­ли протраленный фарватер, поставив 220 мин. В эту же ночь турецкий транспорт «Патмос», следуя указанным ему фарва­тером, подорвался на одной из мин, выставленных русскими миноносцами и, чтобы не затонуть, вынужден был выброситься на берег

Основными способами действия черноморских «новиков» на морских коммуникациях противника было крейсерство в течение суток с ночными набегами на более удаленные их участки . Так, утром 24 марта эскадренные миноносцы «Поспешный» и «Пронзительный» обошли Турецкое побережье от Трапе- зунда до Керасунды и уничтожили в море и в местах погруз­ки у берега 16 груженых парусников. Утром 26 марта эти же корабли вновь обошли побережье, и в бухтах Зефирос и Иол- Агзы уничтожили десять фелюг, разрушили артиллерийским огнем два моста и телеграфный наблюдательный пункт, зажгли лесной склад.

14 апреля эскадренные миноносцы «Беспокойный», «Дерз­кий» и «Пронзительный» уничтожили вблизи турецких берегов 58 парусников, а 6 октября «Поспешный», «Пронзительный», «Счастливый» совершили набег на Синоп и Самсун и уничто­жили там около 60 парусных судов.

Оценивая действия русского Черноморского флота в кампа­нии 1916 г., немецкий историк Г. Лорей писал: «К концу 1916 г. турецкий флот находился в неблагоприятном положе­нии. Вследствие неприятельской заградительной деятельности большие корабли были вынуждены к бездействию... Недоста­ток угля обусловил крайнее сокращение движения остальных соединений флота»

Действительно, в 1916 г. Черноморский флот добился значи­тельных результатов в действиях на морских коммуникациях противника. Его прибрежному судоходству был нанесен не­восполнимый урон. К концу года в составе турецкого флота оставалось только два угольных транспорта.

Опыт боевого использования эскадренных миноносцев типа «Новик» в кампаниях 1914—1916 гг. на Балтийском и Черно­морском театрах показал, что применение ими торпедного ору­жия в наступательных операциях отодвинулось на второй план. Решающую роль стала играть артиллерия. Эсминцы-«новикн», в отличие от миноносцев прежних типов, явились первыми под­линно многоцелевыми кораблями. Благодаря своим высоким мореходным и маневренным качествам, большой автономности, сильному артиллерийскому вооружению и приспособленности к минным постановкам они эффективно решали такие задачи, как разведка, дозорная служба, нарушение морских коммуни­каций противника, набеговые операции на его порты, охранение своих кораблей и транспортов.



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий


 
Яндекс.Метрика