Сделать домашней|Добавить в избранное
 

История Русского флота

История Русского флота.

 

„Новики" в кампании 1915 года

Автор: russiaflot от 16 января 2014


В ходе кампании 1914 г. общая обстановка на Балтийском морс изменилась в пользу русского флота, операционная зона которого расширилась до линии Ирбенский пролив — север­ная оконечность о. Готланд—Аландские острова. Постановка активных минных заграждений у побережья противника в осен­не-зимний период не только стеснила действия его флота на Балтийском море, но и значительно сократила морские пере­возки стратегического сырья из Швеции в Германию, как уже б-1ло сказано.

Задачи Балтийского флота в кампании 1915 г. оставались в основном прежними: не допускать прорыва германского флота в Финский залив, обеспечивать прибрежный фланг армии и прикрывать подступы к столице с моря.

В 1915 г. флот пополнился четырьмя новыми линейными ко­раблями типа «Севастополь» и двумя эскадренными минонос­цами типа «Новик»: «Забияка» и «Победитель», которые вошли в состав 1-го дивизиона минной дивизии. Минные постановки у неприятельских берегов, борьба на коммуникациях, набеговые операции на базы противника — все эти действия Балтийского флота не обходились без «новиков».

В ночь на 7 мая четыре угольных миноносца полудивизиона особого назначения совместно с «Новиком» вышли на постанов­ку активного минного заграждения на подступах к Либаве. Каждый угольный миноносец взял на борт по 35 мин; на минных рельсах «Новика» располагалось 50 мин. Операцию обеспечивал специальный отряд прикрытия из крейсеров 1-й бригады: «Адмирал Макаров», «Баян», «Олег», «Богатырь». Им пришлось вступить в получасовую перестрелку с германским крейсером «Мюнхен», который с пятью эскадренными минонос­цами шел на перехват русских кораблей — постановщиков мин. Огонь крейсеров 1-й бригады заставил неприятельскую эскадру отойти; миноносцы успешно выполнили свою задачу и беспре­пятственно вернулись в Моонзунд. Спустя сутки на этом мин­ном заграждении подорвался германский эскадренный миноно­сец «V-107».

16 августа 1915 г., будучи в дозоре, эскадренный миноносец «Новик» обнаружил у входа в Ирбенский пролив крупные силы германского флота. Это была вторая попытка прорыва немцев в Рижский залив, где базировались линкор «Слава», дивизион эсминцев, построенных на добровольные пожертвования («доб­ровольцев»), а также канонерские лодки и тральщики, с целью их уничтожения.

Под прикрытием крейсеров и эскадренных миноносцев не­мецкие тральщики пытались сделать проход в минном заграж­дении для своих главных сил. Командование Балтийским фло­том подтянуло в этот район эскадренные миноносцы и канонер­ские лодки, а около 12 ч того же дня к Ирбенскому проливу подошел линейный корабль «Слава». Артиллерийский огонь его орудий главного калибра вынудил германские тральщики пре­кратить работу. Затем «Слава» перенесла огонь на основные силы противника, и он должен был отойти.

В ночь на 17 августа в Рижский залив для минной атаки линкора «Слава» вышли германские новейшие эскадренные миноносцы «V-99» и «V-ЮО»

Войдя в Аренсбургскую бухту у о. Эзель, они вступили в перестрелку с русскими кораблями охранения — эскадренными миноносцами «Генерал Кондратенко», «Украина» и «Войско­вой». После нескольких попаданий снарядами противник был вынужден отступить. При отходе немецкие корабли были встре­чены эскадренным миноносцем «Новик», который вступил с ними в бой. Вот что сообщил о ходе сражения в своем рапорте командиру минной дивизии командир «Новика» капитан 2 ран­га М. А. Беренс:

«...В 00 ч 15 мин увидел прямо по курсу во мгле два ко­рабля. Пробил боевую тревогу и, подойдя ближе, определил два больших неприятельских миноносца, трехтрубных, двух­мачтовых, по типу подходящие к аргентинским миноносцам,

 

строящимся в Германии. Миноносцы, видимо, заметили «Но­вик» и пошли прямо на него большим ходом. Тогда я склонил­ся влево настолько, чтобы могли действовать все орудия, и от­крыл огонь с 47 кабельтовых при ходе 17 уз. Неприятельские миноносцы легли на параллельный курс и сейчас же открыли ответный огонь.

Уже третий наш залп дал накрытие, и мы перешли на бег­лый огонь по головному миноносцу. У него сбита средняя тру­ба, из основания которой повалили клубы густого черного дыма. Одновременно возник пожар на юте, и эсминец умень­шил ход.

 

Я перенес огонь на другой миноносец, который, пройдя между «Новиком» и подбитым кораблем, прикрыл его завесой густого белого газа, выходящего с кормы. Оба эсминца скры­лись за этой завесой, так что на время пришлось приостановить огонь. До этого второй корабль противника получил несколько попаданий и у него был замечен пожар. Лег курсом прямо на него, и когда из-за завесы показался первый эсминец, снова от­крыл по нему огонь, изменив соответственно курс. Через две минуты у него был замечен пожар в середине корабля, и он на­чал жаться к берегу, прикрываемый вторым. Преследовать их не мог, так как в это время уже подходил к ограждающей вехе — за ней находилось русское минное заграждение. С уменьшением хода провожал огнем до их выхода из пре­дела действительной стрельбы. Возле Михайловского маяка головной эсминец, который все еще горел в двух местах, начал сильно погружаться кормой, выпуская светящиеся ракеты — белую и красную... Спустившаяся мгла не дала возможности проследить его дальнейшую судьбу...» 

«Весь бой длился 17 мин,— вспоминает старший минный офицер «Новика».— Наше маневрирование было несложным, так как обе стороны были стеснены близким расположением минных .заграждений. Командир все время только старался, по возможности, сохранять постоянный курсовой угол и расстоя­ние до целей. Ход за все время мы имели постоянный и не бо­лее 17 уз, что тоже во многом способствовало успеху. Резуль­тат боя надо считать для нас блестящим, так как противник в сумме был значительно сильнее «Новика», имея шесть 100- миллимегровых орудий против наших четырех того же ка­либра.

В начале боя у самого борта «Новика» разорвался 100- миллиметровый снаряд, осколками которого перебило два пил­лерса кормового мостика и повредило деревянный моторный катер. Этими же осколками были легко ранены два матроса. Всего за этот бой «Новик» выпустил по противнику 23 снаря­да».

В бою особенно отличились управляющий артиллерийским огнем лейтенант Д. И. Федотов, плутонговый командир мичман П. Н. Бергштрессер и артиллерийский кондуктор М. 3. Попов.

Почти сразу после окончания боя «Новика» с эсминцами «V-99» и «V-ЮО» на позицию вышел линейный корабль «Сла­ва» с другими русскими миноносцами. Германские линкоры «Брауншвейг» и «Эльзас» обрушили на корабль всю мощь главного калибра — четырех 280-миллиметровых орудий. Три снаряда попали в цель и причинили русскому линкору серьез­ные повреждения. Во время обстрела «Новик» находился непо­далеку от «Славы», и один крупнокалиберный снаряд разор­вался у самой кормы миноносца. Корабль вздрогнул, как от удара, за кормой поднялся огромный столб воды, но не успел обрушиться на палубу «Новика» только потому, что в тот же момент командир перевел машинный телеграф на «самый пол­ный».

Спустя неделю после этого боя стали точно известны его результаты. В германские миноносцы попало 11 четырехдюймо­вых снарядов «Новика», было убито 17 человек, 39 — ранено и 6 — пропало без вести. Особенно серьезные повреждения по­лучил эсминец «V-99», который, потеряв управление, запутал­ся в противолодочных сетях и, пытаясь высвободиться из них, дал задний ход, подорвался кормой на двух русских минах и затонул .В ходе военных действий на море впервые в действие были введены самолеты и дирижабли. Немецкие самолеты не только вели воздушную разведку, но и совершали бомбовые атаки на корабли.

14августа 1915 г. состоялось первое знакомство «Новика» с воздушным противником — германский гидроплан атаковал корабль. Как рассказывал очевидец, около шести часов вечера офицеры во главе с командиром собрались в кают-компании ужинать. Вдруг у самого борта раздались довольно сильные звуки взрывов. Все стремглав выскочили наверх. Над кораблем летал большой неприятельский гидроплан. Его заметили с мо­стика после того, как он уже сбросил несколько бомб, так как летел с солнечной стороны, и поэтому был очень плохо виден.

Командиру оставалось одно—уклоняться от его атак, опи­сывая в разные стороны циркуляции. Момент, когда бомба от­делялась от гидроплана, был хорошо заметен, и сторону пово­рота легко можно было рассчитать. Целых 20 мни продолжа­лась атака гидроплана. Он сбросил десять бомб, но, к счастью, ни одна из них не попала в цель. Некоторые разорвались у са­мого борта, так что брызги и мелкие осколки сыпались дождем на палубу. При других обстоятельствах это было бы и не так опасно, ио на палубе стояло 50 готовых к постановке мин. Если бы одна из бомб попала в мину, то неминуемы были бы взрыв и гибель корабля. Поэтому во время воздушной атаки при­шлось срочно разоружать все мины. Моряки стреляли в гидро­план из пулеметов и винтовок, но безрезультатно '.

Через несколько дней после этого «Новик» вновь принял участие в бою.

В ночь на 20 ноября балтийские корабли провели набего­вую операцию на сторожевое охранение немцев в районе банки Спон неподалеку от Виндавы. Его торпедой и артиллерийским огнем с других русских кораблей был потоплен германский сто­рожевой корабль «Норбург».

15декабря успешно была проведена и постановка «Новиком» мин совместно с двумя только что вошедшими в строй эсмин­цами «Победителем» и «Забиякой». Приняв с минного загради­теля «Волга» по 50 мин, корабли вышли из Ревеля. Шли со скоростью 20 уз. Придя в назначенную точку между Виндавой и Люзерортом, отряд начал постановку мин. Шел снег, види­мость была плохой, но, несмотря на это, все 140 мин ушли па глубину в заданном районе. Для «Новика» это была двенад­цатая с начала войны постановка мни. Всего до конца 1915 г, он выставил 542 мины .

Через три дня командир минной дивизии получил радио­грамму штаба флота: «Флот извещается, что 17 декабря вечером

 

нами потоплены в Балтийском море крейсер «Бремен» и большой миноносец». Это был миноносец «V-191». Корабли противника подорвались и затонули на минном поле, постав­ленном «Новиком», «Победителем» и «Забиякой». Нескольки­ми днями позже на этом же минном поле погибли миноносец «S-177» и сторожевой корабль «Фрейя»

Утром 24 декабря полудивизион особого назначения из че-: тырех угольных миноносцев и 1-й дивизион эскадренных мино­носцев в числе «Новика», «Забияки», «Победителя» вышли из Ревеля для выполнения минной заградительной операции у берегов неприятеля. Начальник минной дивизии держал свой брейд-вымпел на «Новике». Миноносцы полудивизиона имели на борту по 20 мин заграждения образца 1908 г., эсминцы 1-го дивизиона — по 40 мин образца 1912 г.

В 11 ч 50 мин эсминцы 1-го дивизиона строем уступа вправо "(концевым шел «Забияка») легли на курс, проходящий в двух милях от Дагерорта, и развили скорость 21 уз. Полудивизион шел следом на расстоянии около 15 кабельтовых от «Забияки», тоже строем уступа. В 13 ч 08 мин с «Новика» была замечена плавающая мина красного цвета, а спустя еще две минуты— вторая, точно такая же. «Новик» семафором по линии преду* предил все корабли о замеченной опасности. В этот момент мина находилась прямо по курсу «Забияки», и командир «По­бедителя» дал несколько тревожных свистков.

На «Забияке» обнаружили мину прямо по курсу, когда до нее оставалось всего 5—10 саженей (12—20 м). Командир корабля капитан 2 ранга Коменский приказал рулевому взять «Право на борт», и мина прошла от левого борта на расстоя­нии меньше сажени (2,1 м). Когда она поравнялась с мости­ком, последовала команда «Лево на борт», но корму корабля отвести от мины не удалось. Раздался страшный взрыв, в небо взметнулся столб пламени и воды. «Забияка» осел кормой, вы­шел из строя ордера и, описывая циркуляцию вправо, остано­вился. Повреждения от взрыва корабль получил такие, которые вряд ли смог бы выдержать угольный миноносец типа «По­граничник». Был совершенно разрушен правый борт в кормовой части корабля, повреждено днище. Через образовавшуюся про­боину вода проникла в кондукторское помещение и кормовой кубрик команды. Не выдержала переборка, разделяющая кор­мовой кубрик и румпельное отделение,—туда тоже начала по­ступать вода. Из румпельного отделения выше жилой палубы ее удавалось выкачивать переносным эжекторным насосом. Паропроводы и валики рулевого устройства были оборваны взрывом; руль заклинило в положении «Вправо 15°». При взрыве погибло три кондуктора и девять матросов

Несмотря на столь тяжелое положение, никакой паники или растерянности среди членов недавно сформированного экипа­жа, как отмечал командир «Забияки», не было. Вся команда, от боцмана до матроса-новобранца, работала толково и самоотвер­женно. Особо отличились старший офицер лейтенант Шаняв- ский и трюмный механик мичман Штегер.

«Забияку» взял на буксир «Новик». Буксировка проходила в условиях крутой зыби и сильного северо-западного ветра. До­полнительные трудности создавал заклиненный при взрыве ми­ны руль «Забияки». Только после многократных попыток ко­манде «Новика» удалось наконец надежно завести на подорвав­шийся эсминец якорный канат, что позволило развить скорость 5 уз. На следующий день «Забияка» был введен в ревельскую гавань и вскоре поставлен в док.

Главная задача, стоявшая перед русским флотом в течение всей кампании 1915 г.,— не допустить германский флот в вос­точную часть Финского залива — была им выполнена. Немалая заслуга в этом принадлежала и новым эскадренным минонос­цам. В 1915 г. германский флот потерял на Балтике 1 броне­носный крейсер, 2 легких крейсера, 7 миноносцер, 1 подводную лодку, 9 тральщиков, 5 сторожевых кораблей и 26 транспор­тов.

Потери русских составили 2 канонерские лодки, 2 минных заградителя, 3 тральщика, 8 вспомогательных судов и тран­спортов.

Главный район активных действий Черноморского флота в кампании 1915 г. был перенесен к восточному побережью Ана­толии, где проходили основные маршруты морских перевозок противника1. Основная тяжесть борьбы на коммуникациях лег­ла на черноморские «новики». Их было к этому времени девять: к четырем уже действующим добавились эсминцы «Быстрый», «Громкий», «Поспешный», «Пылкий» и «Счастливый».

3января 1915 г. русская эскадра в составе пяти линейных кораблей: «Евстафий», «Иоанн Златоуст», «Пантелеймон», «Три Святителя» и «Ростислав» и двух крейсеров: «Память Меркурия» и «Кагул» и десяти эскадренных миноносцев, в том числе четырех типа «Новик», вышла в море наперехват неприя­тельского конвоя из семи транспортов и кораблей охранения. Разведка сообщала, что конвой вышел из Босфора в район Трапезунда, но никаких неприятельских судов в этом районе русские корабли не обнаружили.

4января командующий эскадрой, оставив в дозоре крейсер «Память Меркурия», а также эсминцы «Гневный», «Дерзкий», «Беспокойный» и «Пронзительный», вернулся с основными си­лами в Севастополь. Около полудня того же дня крейсировав­шие неподалеку от турецкого берега в районе Синопа дозорные корабли обнаружили турецкий легкий крейсер «Гамидие» и, взяв курс на сближение, вступили с ним в бой. Были отмечены попадания снарядов как с «Памяти Меркурия», так и с эскад­ренных миноносцев. «Дерзкий», который несколько ближе дру­гих подошел к «Гамидие», был накрыт его огнем. В эсминец попал один снаряд, который вывел из строя кормовое орудие- осколками было ранено семь человек палубной команды2.

В тот же день русские дозорные корабли потопили пароход «Мария Россета», который шел с грузом нефти под итальян­ским флагом. С парохода было снято девять человек, остальные ушли к берегу на шлюпке.

5мая «Гневный» и «Пронзительный», осматривая побе­режье в районе порта Эрегли, потопили три турецких парохо­да, груженных углем.3

Благодаря пополнению Черноморского флота эскадренными Миноносцами типа «Н'бвик», обладавшими большой автоном­ностью, удалось организовать эффективную борьбу с противни­ком в его прибрежных водах. Обычно от двух до пяти минонос-

 

цев крейсировало в назначенном районе. Следуя такой такти­ке, «новики» за четыре месяца кампании 1915 г. (с июля по сентябрь) 32 раза выходили к турецким берегам для действий на морских сообщениях противника.

Так, 10 июня 1915 г.1 к Зунгулдаку вышли эскадренные ми­ноносцы «Дерзкий» и «Гневный». На подходе к порту их встре­тил интенсивный огонь вражеских береговых батарей. Прорвав­шись через огневую завесу, русские эсминцы уничтожили своей артиллерией стоявшие на рейде два турецких транспорта и па­русное судно, а затем взяли курс вдоль берега к Босфору.

11 июня у входа в пролив «Гневный» и «Дерзкий» встрети­лись с крейсером «Бреслау». Он был специально выслан турец­ким командованием для поиска русских кораблей, совершивших дерзкий налет на Зунгулдак. Отважные эсминцы завязали бой с «Бреслау», несмотря на значительное превосходство послед­него в артиллерийском вооружении. «Гневный» выпустил по крейсеру две торпеды, но они не достигли цели. Успешнее дей­ствовали комендоры эсминцев: в крейсер попали три 102-мил­лиметровых снаряда, в результате чего было убито 7 человек и 15 ранено. Не выдержав боя, «Бреслау» увеличил скорость и поспешил укрыться в проливе.

В начале торпедной атаки «Гневный» получил попадания двумя 105-миллиметровыми снарядами. Один из них перебил паропровод, и корабль на некоторое время лишился хода. После ухода «Бреслау», командир которого не сумел воспользоваться благоприятной обстановкой, «Дерзкий» отбуксировал «Гнев­ного» в Севастополь, куда оба корабля прибыли 12 июня.

Особо следует отметить успешное тактическое взаимодей­ствие эскадренных миноносцев и подводных лодок Черномор­ского флота. Первая операция была проведена 5 сентября 1915 г. Подводная лодка «Нерпа» стояла в дозоре у о. Кеф- кен. Сюда же из Севастополя были направлены эсминцы «Быстрый» и «Пронзительный» для перехвата следовавших из Зунгулдака в Константинополь четырех транспортов с углем.

Встреча с транспортами произошла рано утром. Оказалось, что их конвоировали крейсер «Гамидие» и эскадренные мино­носцы «Нумуне» и «Муавенет». Русские эскадренные минонос­цы открыли по крейсеру артиллерийский огонь, а «Нерпа» пы­талась атаковать его торпедами. Меткие залпы 102-миллимет­ровых пушек «Быстрого» и «Гневного» вывели из строя два 150-миллиметровых орудия на «Гамидие», и тот повернул к Босфору. За своим флагманом последовали и оба турецких эсминца, бросив на произвол судьбы транспорты. В панике капитаны покинутых судов решили выбросить их на берег, а команды предпочли спасаться бегством. Все четыре транспорта были уничтожены русскими эскадренными миноносцами.

Последней операцией черноморских «новиков» в кампании 1915 г. стал бой с турецкими канонерскими лодками у о. Кеф- кен .

Германская подводная лодка «US-13» 12 ноября вышла к кавказским берегам. За две недели она потопила четыре па­русника и вынудила выброситься на берег один транспорт.

28 ноября лодка попала в сильный шторм, и ее постигла печальная участь: волны выбросили «US-13» на берег непода­леку от устья р. Мелен. На помощь к ней были посланы ту­рецкие канонерские лодки «Таш-Кайпрю» и «Чесгар». Эти ко­рабли в темноте не нашли места аварии «US-13» и на рассвете 11 декабря вернулись к о. Кефкен, чтобы укрыться за ним до наступления темноты. Здесь-то они и были обнаружены «Дерз­ким», «Пронзительным» и «Счастливым», которые несли очеред­ной дозор в этом районе.

Бой продолжался около часа. С первых же выстрелов рус­ские корабли достигли накрытия и перешли к стрельбе на по­ражение. Обе канонерские лодки были охвачены пожаром и уничтожены. Члены экипажей турецких кораблей, кроме троих •убитых и двоих тяжелораненых, бежали на о. Кефкен. Лодка «US-13», замаскированная командой под песчаный холм, была обнаружена русскими миноносцами и 31 декабря уничтожена их артиллерией.



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий


 
Яндекс.Метрика