История Русского флота

История Русского флота.

 
» » Охрана рейдов Черного моря в 1916 году


Охрана рейдов Черного моря в 1916 году

Автор: russiaflot от 2 июля 2017


Охрана рейдов. Противолодочная и противоминная оборона соединений надводных кораблей и подводных лодок в море
Особое внимание в ходе всей кампании 1916 г. командование флота обращало на организацию противолодочной и противоминной обороны надводных кораблей и подводных лодок при выходе и входе в базу, а также во время действий у берегов противника. В наиболее полной и развитой форме система обеспечения выхода и возвращения кораблей в базу была организована в Севастополе. Выполнение этой задачи, как и в целом поддержание благоприятного оперативного режима в зоне главной базы, возлагалось на начальника охраны рейдов, который пользовался правами флагмана и подчинялся командующему флотом1. В его непосредственном подчинении находились корабли охраны рейда, наблюдательные посты района, боновая партия, местная
партия траления, сторожевые катера; в оперативном отношении ему подчинялись береговые батареи и прожекторы, батареи противовоздушной обороны, береговые отряды гидроавиации, крепостная минная оборона, посты пограничной стражи. Начальник охраны рейдов со своим штабом находился в Севастополе на старом линейном корабле «Георгий Победоносец», где размещался командующий и штаб флота.
Согласно боевому расписанию, утвержденному верховным главнокомандующим 21 июня 1915 г., район охраны рейдов главной базы простирался от м. Лукулл до м. Айя (42 мили), от береговой линии в море на 20 миль. В мае 1916 г. для лучшего наблюдения за фарватерами район был расширен до Евпатории и м. Форос.
В январе 1916 г. в составе охраны рейдов находилось 7 посыльных судов. Морская партия траления насчитывала 10 кораблей. В системе ОВРа использовались также дивизион минных заградителей (4 корабля), 2 посыльных судна, приписанных к береговым отрядам гидроавиации, миноносцы и сторожевые катера.
В Севастополе имелось два входных фарватера (канала)—северный (запасной) и южный. Оба фарватера постоянно поддерживались в готовности до 180-метровой глубины (протяжением около 20 миль). Для протраливания одного из них считалось необходимым выделять 10 пар тральщиков (по одной паре на каждые 2 мили).Обычно накануне выхода или возвращения с моря кораблей производилось предварительное траление фарватера. Непосредственно перед выходом (возвращением) осуществлялось контрольное траление. Протраленный фарватер обвеховывался, после прохода кораблей вехи снимались. В момент прохода кораблей по фарватеру тральщики оставались в назначенных нм районах, осуществляя противолодочное наблюдение.
Накануне и в день выхода (возвращения) кораблей в районе базы, особенно на фарватере и при выходе из него, осуществлялся усиленный противолодочный поиск гидросамолетами, посыльными судами, сторожевыми катерами, а в некоторых случаях и миноносцами. Эти действия продолжались до входа кораблей за боновое заграждение или выхода их на «свободную» воду. При выходе больших кораблей за боновое заграждение миноносцы охранения занимали свои места в противолодочном ордере. Обычно корабли проходили по фарватеру на повышенной скорости (18—21 узлов).
По мере возрастания активности германских подводных лодок приходилось более тщательно готовить выход кораблей. 7 февраля вход возвращавшихся от Зунгулдака 2 авиатранспортов и эскадренных миноносцев обеспечивали 14 кораблей охраны рейдов н тральщиков. Через двое суток линейный корабль «Императрица Мария», крейсер «Кагул» и 4 эскадренных миноносца встречали 18 тральщиков и 5 сторожевых кораблей. Возвращение линейного корабля «Императрица Екатерина II» б марта обеспечивалось кроме миноносцев охранения 5 миноносцами и 20 тральщиками, заградителями и сторожевыми кораблями. Обнаружение подводных лодок в районе Севастополя вызывало дополнительные меры по их поиску и уничтожению, а также систематическое контрольное траление фарватера и в дни, когда выходы больших кораблей не намечались.
? В целях противолодочной обороны в районе главной базы в обычные дни выделялось 1—2 самолета, иногда и больше. Так, для обеспечения выхода линейного корабля «Императрица Екатерина 1Ь 26 июня принимало участие 5—6 самолетов: 2 охраняли корабль с правого борта, 2—с левого, 1—2—впереди по курсу, на высоте 200—300 м
В первых числах августа был организован ночной выход и возвращение кораблей в базу2. Контрольное траление тройной по ширине против обычной полосы завершалось до наступления темноты. С береговой стороны фарватера у светящихся вех стояли тральщики с белыми огнями на стеньгах. Ежедневно утром с 4 до 9 час. и вечером с 14 час. до захода солнца гидросамолеты обследовали район южного фарватера и подходы к нему с моря на 5—10 миль.
Введение новой системы охраны рейдов и организация ночного выхода больших кораблей в значительной степени обеспечивали их безопасность, так как боевые возможности германских подводных лодок в темное время суток значительно снижались. Однако ночной выход требовал более тщательной подготовки личного состава кораблей.
В качестве мер противолодочной и противоминной обороны больших кораблей в море применялось противолодочное охранение из эскадренных миноносцев и тщательное наблюдение за поверхностью воды специально выделяемыми наблюдателями. Еще в 1915 г. приказом командующего флотом был установлен противолодочный ордер, предусматривавший круговое охранение линейных кораблей. Когда в море выходила бригада старых линейных кораблей (3—4 единицы), предусматривалось охранение из 8 эскадренных миноносцев, каждому из которых были определены место в ордере и ответственные секторы для наблюдения. Из-за большого напряжения эскадренных миноносцев их количество для охранения линейных кораблей уменьшалось. В состав 1-й и 2-й маневренных групп обычно включалось 2—3, реже 4 эсминца. Поэтому последние располагались только в наиболее опасных секторах (обычно со стороны солнца). Ночью эсминцы следовали впереди, за кормой или на траверзе линейного корабля. Выбор маршрутов переходов вдали от побережья уменьшал вероятность встреч с подводными лодками.
В районе действий днем, несмотря на то что маневренная группа находилась на значительном расстоянии от берега (до 60 миль), принимались все меры противолодочной и противоминной обороны (тщательное наблюдение за поверхностью моря, противолодочный зигзаг, увеличение скорости при обнаружении подводной лодки и т. п.).
В походе 10—12 января 2-я бригада линейных кораблей впервые осуществила противолодочный зигзаг поворотов «все вдруг». В походе к Лазистану 15—20 апреля 2-я маневренная группа применила номерную систему для миноносцев охранения: при изменении курса миноносцы сохраняли свое положение относительно друг друга, менялись только сторона п сектор охранения. Этот способ упрощал весь маневр, охранение корабля обеспечивалось и в момент поворота.
Гидроакустическая аппаратура использовалась русскими кораблями редко. Так, 11 июня на линейном корабле «Императрица Екатерина И», находившемся в 36 милях к северо-востоку от Трапезунда в охранении 2 эскадренных миноносцев, гидроакустическая аппаратура была включена через 12 минут после атаки линкора германской подводной лодкой «U-38». Атакованная эскадренным миноносцем «Беспокойный», по данным гидроакустики, лодка была вынуждена уйти на глубину
После гибели в районе Варны эскадренного миноносца «Лейтенант Пущин» командование флота обратило особое внимание на противоминное обеспечение действий у побережья противника. С этой целью осуществлялась предварительная тральная разведка для выявления неприятельских минных заграждений на подходах к Варне, а затем траление фарватера и маневренных районов для линейных кораблей.
Действуя в районе Зунгулдак — Босфор — Варна, русские корабли и подводные лодки встретились с воздушной опасностью. Если в первом полугодии неприятельские гидросамолеты атаковывали преимущественно русские подводные лодки (из 11 отмеченных атак —9), то, начиная с августа, почти каждое появление русских кораблей днем у Босфора и Варны встречало противодействие германской авиации. В связи с этим в 1916 г. продолжалась установка зенитной артиллерии на кораблях и подводных лодках. Низко летящие самолеты эсминцы отражали артиллерией главного калибра, а также ружейным огнем. Зенитный огонь вынуждал самолеты увеличивать высоту полета, что резко снижало точность бомбометания. Русские корабли широко применяли также маневр уклонения от атаки и сброшенных бомб. В целом действия германских самолетов были малоэффективны; только два раза они добились успеха (13 мая у о. Кефкен из четырех бомб, сброшенных на подводную лодку «Морж», одна попала в надстройку, но не разорва*
лась; 25 августа двумя бомбами был поврежден у Варны эскадренный миноносец «Поспешный»).
В целом следует отметить продуманность мероприятий и достаточную для того времени эффективность противолодочной и противоминной обороны русских кораблей и подводных лодок. В 1916 г. в результате действий германских подводных лодок русский флот потерял только один боевой корабль — эскадренный миноносец «Живучий» (подорвался на мине). Наличие противолодочного охранения в дневное время, выбор маршрутов, применение в опасной зоне противолодочного зигзага и повышенной скорости и усиленное наблюдение вполне обеспечивало безопасность больших кораблей в открытом море. Германские подводные лодки не смогли провести ни одной успешной атаки боевых кораблей русского флота.



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий


 
Яндекс.Метрика