История Русского флота

История Русского флота.

 
» » Прорыв немецкого флота в Рижский залив. 1915 г.


Прорыв немецкого флота в Рижский залив. 1915 г.

Автор: russiaflot от 12 июня 2017


Перехваченная 10 августа немецкая радиограмма подтвердила предположение штаба Бэл-
тийского флота, что противник в ближайшее время повторит операцию по прорыву в Рижский залив. В связи с этим 10—15 августа минный заградитель «Амур» и эскадренные миноносцы выставили на подходах к Ирбенскому проливу и в самом проливе 320 мин. В результате были ликвидированы протраленные немцами участки, увеличена плотность минных заграждений в средней и южной частях Ирбена, поставлены отдельные минные банки южнее Цереля. Кроме того, 9 августа в проливе были выставлены сетевые заграждения. Русское командование перебросило на о. Эзель 3-й морской батальон и предусмотрело организацию обстрела кораблями прибрежной полосы п-ова Сворбе. 14 августа на позицию юго-западнее Дагерорта была выслана подводная лодка «Е-9» и в район между курляндским побережьем и о. Готланд — подводная лодка «Акула». Учтя опыт действий 8 августа, командующий флотом подчинил все морские силы в Рижском заливе и в Моон- зундском районе начальнику минной обороны контр-адмиралу А. С. Максимову. В дальнейшем флагман, командовавший этими силами, стал называться начальником моонзундской позиции и ему были подчинены все береговые части и корабли в этом районе.
Одновременно командующий Балтийским флотом поставил перед Ставкой вопрос о предоставлении ему права использовать новые линейные корабли, так как нспрашивание такого разрешения в каждом отдельном случае могло привести к потере времени и благоприятных условии для боя. Это ходатайство было удовлетворено 21 августа, т. е. после окончания второй операции германского флота по прорыву в Рижский залив.
После отражения первой попытки немцев прорваться через Ирбен- скнй пролив русский флот продолжал поддерживать фланг армии, систематически обстреливая позиции противника под Ригой и на побережье залива. Германское морское командование решило повторить !6 августа попытку форсировать Ирбенскин пролив. Задачи флоту были оставлены те же, что и при первой попытке, но состав слл был изменен. Почти в два раза увеличено число тральщиков, старые линейные корабли типа «Внттельсбах» заменены новыми —типа «Нассау», имевшими значительно более мощную и дальнобойную артиллерию и лучшую противоминную защиту. Теперь состав отряда прорыва выглядел так: линейные корабли «Нассау» и «Позен», крейсера «Грау- денц», «Пиллау», «Бремен», «Аугсбург», свыше 30 эскадренных миноносцев и миноносцев, около 26 тральщиков, 2 дивизиона катеров-траль- щнков, 8 сторожевых кораблей, 2 прорывателя минных заграждений, минный заградитель, 3 парохода для закупорки Пернова.
Силы оперативного прикрытия остались почти без изменений: линейные корабли «Остфрисланд», «Тюринген», «Гельголанд», «Ольденбург», «Рейнланд», «Вестфалеи», «Брауншвейг», «Эльзас», линей-
ные крейсера «Мольтке», «Зейдлиц», «Фон дер Тани», 5 крейсеров к 31 эскадренный миноносец и миноносец. Кроме того, в Лнбаве в качестве резерва было оставлено 5 линейных кораблей типа «Виттельс- бах» и 2 линейных корабля типа «Вёрт».
Время операции было увеличено до пяти суток.
14 августа немецкие силы оперативного прикрытия вышли из Свн- немюнде и около 20 час. 15 августа в 30 милях к западу от Либавы соединились с остальными силами, назначенными в операцию. На следующее утро они развернулись так же, как и 8 августа, а силы прорыва сосредоточились у входа в Ирбен: крейсера «Грауденц», «Аугсбург» и два миноносца держались в северной части пролива, линейные корабли, остальные крейсера и миноносцы — в южной, корабли, не участвующие в форсировании минных заграждений, — к югу от м. Люзерорт. Предполагая на этот раз прорваться южным фарватером, командующий германскими силами в операции считал, что такая диспозиция введет русских в заблуждение относительно направления прорыва.
В 4 час. 16 августа тральщики под прикрытием крейсеров «Пил- лау», «Бремен» и миноносцев начали траление. Линейные корабли «Нассау» и «Позен» стояли на якоре с опущенными противоторпедными сетями в окружении миноносцев. По мере протралнвания фарватера они продвигались вперед. На траверзе Люзерорта в голову боевого порядка тральщиков поставили катера-тральщики, но вследствие малой скорости движения за ними их вскоре убрали. В 11 час. 45 мин. на мине погиб тральщик «Т-46», после чего вперед снова были выдвинуты катера-тральщики.
Так как штаб Балтийского флота узнал о дате начала операции накануне выхода кораблей противника, то уже вечером 15 августа русские силы были подтянуты из Моонзунда в Аренсбург (Кингисепп). Когда утром 16 августа дозорный эскадренный миноносец «Новик» обнаружил перед Ирбеном крупные силы немцев, сюда вышли эскадренные миноносцы и канонерские лодки, которые, однако, не смогли сорвать действия германских тральщиков, прикрываемых крейсерами. Мглистая погода благоприятствовала противнику. Около 12 час. к проливу подошла «Слава» и заняла позицию на южном фланге против основной группировки немцев. Канонерские лодки действовали на северном фланге против вспомогательной германской группировки, а эскадренные миноносцы — по всему фронту наступления.
Артиллерия «Славы» заставила тральщики прекратить работу. Показавшийся из мглы крейсёр «Бремен» открыл по русскому линкору огонь. «Слава» вышла из зоны обстрела. Командир «Славы» приказал заполнить водой отсеки правого борта и этим увеличить угол возвышения орудий главного калибра, которые в этом случае могли стрелять на 90—93 каб. Открыв с такой дистанции беглый огонь, «Слава» заставила германские крейсера отойти на запад. Вместо них в пролив вошли линейные корабли «Нассау» и «Позен», имевшие каждый по двенадцати 280-мм орудий (против четырех 305-мм орудий «Славы») с дальностью стрельбы около 115 каб. Обстановка для «Славы» осложнялась и тем, что она находилась в полосе разреженного тумана к представляла собой хорошую цель, тогда как германские корабли, стрельбу которых корректировал предположительно пост Михайловского маяка, скрывал плотный туман. Не имея возможности отвечать на огонь «Нассау» и «Позема», стрелявших с дистанции ПО каб., «Слава» перенесла огонь на тральщики.
В 18 час. ввиду приближения темноты германские силы прорыва прекратили траление и отошли из Ирбена. Силы оперативного прикрытия остались на своих местах. Несмотря на противодействие русских кораблей, тральщики протралили фарватер через большую часть заграждений вдоль южного берега пролива.
Ушли в Аренсбург и русские корабли, оставив в Ирбене дозор. Находившиеся в море на позициях подводные лодки «Е-9» и «Акула» не смогли атаковать германские корабли, при этом они обнаружили себя, что позволило немцам принять меры для избежания встреч с ними.
В ночь на 17 августа командующий германскими силами выслал в Рижский залив для атаки «Славы» новейшие эскадренные миноносцы «V-99» и «V-100». Пользуясь темнотой, они прошли под самым курляндским берегом и около 20 час. встретили в заливе эскадренные миноносцы «Генерал Кондратенко» и «Охотник», возвращавшиеся из Ирбенскбго пролива, с которыми обменялись несколькими залпами. В 1 час 10 мин. у входа в Аренсбургскую бухту завязался короткий бон между русскими дозорными эскадренными миноносцами «Украина» и «Войсковой», с одной стороны, и «V-99» и «V-ЮО» — с другой. Получив несколько попаданий снарядов, германские корабли направились к Михайловскому маяку. Встреченный ими в пути эскадренный миноносец «Новик» нанес повреждения «V-99», загнал его на мины, где тот подорвался и потом выбросился на берег. Получил повреждения и «V-100».
17 августа немцы продолжили траление пролива. Кроме русских надводных кораблей на этот раз к Ирбенскому проливу вышли старые подводные лодки «Макрель», «Минога» и «Дракон». И на этот раз западная часть горизонта, где находились германские корабли, была более мглистой. Эскадренные миноносцы, подошедшие к Михайловскому маяку, и «Слава» неподалеку от района маневрирования попали под огонь немецких линейных кораблей, обнаружить которые во мгле они
не могли. Три 280-мм снаряда пробили броню «Славы», и ей пришлось отойти.
Считая, что дальнейшим действиям немецких тральщиков препятствовать невозможно и что противник, прорвавшийся в залив, сможет отрезать русские корабли от Моонзунда, начальник моонзундской позиции приказал в 12 час. подводным лодкам и в 14 час. «Славе» и другим кораблям отойти в Моонзунд.
К 15 час. 30 мин. 18 августа траление Ирбена немцами было полностью завершено, а обнаруженные противолодочные сети сняты.
В 8 час. 10 мин. 19 августа подводная лодка «Е-1», обнаружившая между островами Фарэ и Эзель отряд немецких линейных крейсеров, шедших -в строе пеленга, через 10 минут выпустила с дистанции I каб. торпеду по головному кораблю. Однако торпеда прошла за его кормой и попала в нос следовавшего за ним «Мольтке». Это заставило отряд уйти в Данциг, конвоируя поврежденный крейсер.
В 9 час. 30 мин. отряд прорыва вошел в Рижский залив. Германские крейсера, обстреляв Аренсбург, пошли для осмотра побережья, а главные силы направились к Моонзунду.
Не имея данных об этих действиях противника, русское командование выслало для разведки к Ирбену эскадренный миноносец «Новик». Одновременно минный заградитель «Амур» выставил 150 мин у южного входа в Моонзунд в зоне огня 254-мм орудий с о. Моон. Перед входом в пролив был развернут дозор эскадренных' миноносцев. В 18 час. из Куйваста в северную часть Рижского залива вышли подводные лодки «Макрель» и «Минога», которые обнаружили лишь дымы удалявшихся германских кораблей.
Следуя к Ирбену, «Новик» встретил сначала немецкие тральщики, а затем крейсер «Пиллау» и полным ходом отошел к Моонзунду, разминувшись с главными силами противника, которые при подходе к этому проливу вступили в перестрелку с русскими дозорными кораблями. В 18 час. 30 мин. германский командующий послал минный заградитель «Дейчланд», миноносцы и тральщики для постановки минного заграждения на выходах из Моонзунда. Но через полчаса, когда была затралена русская мина, постановка была отменена и отряд прорыва отошел на ночь к о. Кюно (Кихну).
В связи с прорывом германских сил в Рижский залив канонерские лодки «Сивуч» и «Кореец», поддерживавшие с 18 августа артиллерийским огнем фланг 12-й армии под Ригой, оказались в крайне опасном положении. Русское командование приказало им срочно возвращаться в Моонзунд. Выставив в ночь на 19 августа 100 мин у входа в Западную Двину, «Сивуч» и «Кореец» вышли из Риги в Моонзунд.
В 19 час. 30 мин. южнее о. Кюно канонерские лодки встретили крейсер «Аугсбург» и два миноносца. Завязавшийся неравный бой до
20 час. 50 мнн. не дал результатов ни одной из сторон. Около 20 час. в район боя в охранении семи миноносцев подошли «Нассау» и «По- зен», которые в темноте открыли огонь сначала по своим кораблям, а затем, приняв «Сивуч» за «Славу», перенесли огонь на него. Воспользовавшись обстановкой, «Кореец» скрылся в Перновском заливе, где выскочил на мель. Экипаж «Сивуча» оказал врагу упорное сопротивление, но был потоплен в этом неравном бою, продолжавшемся 30 минут. После боя германские силы стали на якорь в 15 милях к северу от о. Руно.
В ночь на 20 августа подорвался на мине и затонул миноносец «S-31», находившийся в дозоре между о. Руно и м. Домеснес. Утром намеченная на следующее утро постановка минного заграждения у выхода из Моонзунда была отменена в связи с тем, что эскадренный миноносец «V-182» обнаружил впереди по курсу следования отряда подводную лодку «Минога».
На входном фарватере. Пернова, куда в 6 час. 30 мнн. направились немецкие крейсера, были затоплены 2 парохода, однако это не имело никакого значения, так как морские силы Рижского залива гаванью Пернов не пользовались. Решив, что корабли противника доставили к Пернову десант, русское сухопутное командование приступило к уничтожению складов и запасов в городе, а командир «Корейца», получив отказ в помощи от начальника минной дивизии и считая себя отрезанным от Моонзунда, взорвал корабль.
Под впечатлением повреждения торпедой линейного крейсера «Мольтке», гибели миноносцев «V-99» и «S-31» и обнаружения русской подводной лодки германские силы отказались от обстрела Усть-Двин- ска и начали отход в свои базы, сняв ограждение протраленных фарватеров в Ирбенском проливе.
Опыт прорыва германского флота в Рижский залив прежде всего показал, что наступление надводных сил на минно-артиллерийскую позицию, даже не полностью оборудованную и защищаемую относительно слабыми силами, являлось весьма сложной задачей. Основной причиной неуспеха численно превосходящих сил немцев 8 августа 1915 г. являлась недооценка ими значения минных заграждений в системе обороны русской позиции в Ирбенском проливе. Эта недооценка была тем более удивительна, чго германское морское командование уже имело опыт боя 18 марта 1915 г. в Дарданелльском проливе.
Германское командование явно переоценило возможности своих сил, что привело к серьезному просчету в числе тральщиков, необходимых для форсирования оборонительного заграждения в условиях противодействия русской корабельной артиллерии, а также к ошибке в определении продолжительности операции. Неудовлетворительная организация разведки системы обороны Ирбенского пролива, и прежде всего минной разведки, не раз ставила немцев перед фактом неожиданной для них глубины русской МИННОЙ ПОЗИЦИИ.
Обобщение опыта боя 18 марта 1915 г. в Дарданелльском проливе и прорыва германских морских сил в Рижский залив впоследствии привело к мысли, что наступление на минно-артиллерийскую позицию должно предусматривать два периода: первый — подход к позиции, включая действия по разведке боем системы обороны противника и ослабления этой системы предварительными ударами; второй—-прорыв позиции. По существу, германское морское командование при продолжении наступления в Рижском заливе действовало по этой схеме. Оно использовало данные о системе русской обороны, полученные 8 августа, и увеличило число тральщиков и силы обеспечения. Однако, несмотря на это, только на четвертый день операции германские силы смогли -войти в Рижский залив.
Наличие главным образом минной угрозы, а также русских подводных лодок в тылу отряда прорыва и в самом Рижском заливе потребовало значительных сил для обеспечения действий больших кораблей и сковало свободу их маневра. Цель операции и на этот раз достигнута не была.
В период операций по прорыву в Рижский залив германский флот понес несравненно большие потери, чем русский. Русские потеряли 2 малоценные канонерские лодки, тогда как немцы —2 эскадренных миноносца, 3 тральщика; кроме того, получили серьезные повреждения линейный крейсер, легкий крейсер и 2 миноносца. Учитывая итоги этой неудачной операции, главнокомандующий германских морских сил Балтийского моря пришел к заключению, что повторение прорыва «будет иметь смысл лишь в том случае, если мы захотим удержать за собою залив. Для этого необходимо, чтобы армия заняла Ригу и Усть- Двннск. Тогда владение заливом будет очень заметно облегчено, но все же потребует весьма значительных морских сил. Только захват островов Эзель и Даго принесет существенное облегчение ввиду перехода вместе с ними в наши руки обеспеченных якорных стоянок для крупных кораблей, а также возможности приближения наших опорных пунктов к Финскому заливу»1. Этот вывод был вполне обоснован, так как прорыв минно-артиллерийской позиции в прибрежном районе противника силами одного флота был лишен оперативной целесообразности вследствие невозможности длительно удерживать захваченный район без помощи сухопутных войск. Прорыв германского флота в Рижский залив выявил слабость русских морских сил, выделенных для обороны Ирбенского пролива, н трудность дальнейшей защиты его без установки на побережье артиллерийских батареи крупного калибра.
Русское морское командование не полностью использовало свои возможности в борьбе с наступающим германским флотом. Нельзя считать эффективным, в частности, развертывание подводных лодок за , оборонительными минными заграждениями. Развертывание лодок впереди минных заграждений могло бы сильно стеснить действия германских кораблей.
В обороне Ирбенского пролива использовались разнородные силы: надводные корабли, подводные лодки и частично авиация. Однако их взаимодействие было организовано очень слабо, и, по существу, каждый род сил действовал самостоятельно.
После прорыва германских сил в Рижский залив русскому командованию стало совершенно очевидно, что рассчитывать на помощь со стороны английского флота, остававшегося на протяжении всего периода операций, несмотря на просьбу русского правительства о содейст- | вин в борьбе, пассивным наблюдателем, ни в коем случае нельзя.
В этих условиях германский флот, по мнению штаба Балтийского флота, мог действовать не только против Рижского, но и против Финского заливов, поэтому одновременно с усилением обороны Ирбенского пролива были приняты меры по созданию передовой позиции на линии I между островами Даго и Эре.
После провала попытки завоевать господство в Рижском заливе крупные операции германского флота в Балтийском море прекратились на два года. Только в октябре 1917 г., после предательской сдачи Риги контрреволюционным генералом Корниловым, немцы предприняли операцию по захвату Моонзундских островов.
Ожидание новой попытки прорыва германского флота в Рижский j залив. Предположение штаба Балтийского флота, что немцы в ближайшие дни возобновят операции по прорыву в Рижский залив, основываясь на понимании значения для противника господства в заливе и на факте оставления им в Балтийском море значительной части сил Флота открытого моря.
Перед русским командованием встала задача усиления обороны стратегически важного Рижского залива. В начале августа 5-я армия вошла в состав Северного флота, главнокомандующему которого генералу Н. В. Рузскому был переподчинен Балтийский флот. Рузский 21 августа издал новую оперативную директиву1, в которой главная задача флоту оставалась без изменения, но специально подчеркивалась необходимость прочного удержания моонзундской позиции и препятствия прорыву противника в Рижский залив. При этом командующему флотом разрешалось использовать по своему усмотрению 2 линейных
корабля типа «Севастополь» и всю 2-ю бригаду старых линейных кораблей.
Во исполнение приказа главнокомандующего 5-й армии об усилении Ирбенской позиции силы прикрытия (2 линейных корабля, 2 крейсера и 6 миноносцев) 23 августа сосредоточились у о. Эре. На следующий день в целях обеспечения постановки мин была выслана на разведку в южную часть Балтийского моря подводная лодка «Гепард». 27 августа «Новик» и 8 других эскадренных миноносцев поставили 310 мин в морской части Ирбенского пролива. Их действия прикрывали линейные корабли «Севастополь» и «Гангут», державшиеся к югу от 58-й параллели, и крейсера «Богатырь» и «Олег», находившиеся перед Ирбенским проливом. В конце августа — начале сентября в Ирбене было выставлено еще три минных заграждения (331 мина), а на мелководье между минными заграждениями и южным берегом затоплено несколько пароходов и лайб, что закрывало доступ в Рижский залив даже малым кораблям.
Штаб минной дивизии разработал план боя на ирбенской позиции, который предусматривал ведение боя с германскими силами «Славой», маневрирующей в средней части Ирбенского пролива, а также канонерскими лодками и частью эскадренных миноносцев, расположенными к северу от линейного корабля, и другой частью эскадренных миноносцев, маневрирующих к югу от него. Подводные лодки, державшиеся соединенно под прикрытием одного —двух эскадренных миноносцев к востоку от главных сил, при отходе последних развертываются в завесу и атакуют прорывающие заграждения корабли. Предполагалось, что с внешней стороны заграждений германские корабли атакуют подводные лодки, высланные для этой цели из Ревеля командованием флота.
До конца кампании 1915 г. значительные силы германского флота дважды выходили к о. Готланд (29—31 августа и 9—11 сентября) и один раз (21—23 сентября) в северную часть Балтики. Все эти походы преследовали разведывательные и демонстративные цели. В первом случае русское командование высылало на позицию к о. Готланд подводную лодку «Е-9», во втором — «Гепард», в третьем — «Барс», «Е-9» и «Е-18». Никаких иных результатов, кроме сковывания свободы оперативного маневра германских кораблей, лодки не добились, причиной чего явились неточность данных разведки и отсутствие корабельной и воздушной разведки.
Под влиянием неудач германское командование пересмотрело план ведения войны на Балтийском море. Оно отказалось от активных действий против Финского и Рижского заливов н перешло к обороне. С целью предупреждения активных действий русского флота оно
1S5
организовало дозоры на линиях о. Эланд — Хоборг и Эстергарн — Люзерорт, а для прикрытия дозоров у Эстергарна и Люзерорта поставило минные заграждения.
В свою очередь русское командование, убедившись, что немцы не собираются повторять прорыв в Рижский залив, решило использовать свои силы для активных действий на коммуникациях противника и для поддержки фланга армии под Ригой.
Артиллерийская поддержка фланга 12-й армии. После того как во второй половине июля 1915 г. наступление немецкой армии на рижском направлении было остановлено, линия фронта проходила от Якоб- штадта по правому берегу р. Западная Двина до пункта Икскюль, где она пересекала реку и шла на местечко Олай-Шлок, затем западнее м. Рагацем (Рагациемс) выходила на Рижское взморье, образуя на левом берегу Западной Двины перед Ригой значительный плацдарм, который вклинивался в расположение немецких войск.
Приморский участок плацдарма удерживал шлокский отряд (два спешенных кавалерийских полка, одна пешая дружина ополчения и несколько легких батарей). Несмотря на малочисленность, отряд благодаря артиллерийской поддержке кораблей был, по оценке штаба 12-н армии, самым устойчивым на всем фронте. Все попытки германского командования ликвидировать левобережный плацдарм 12-й армии под Ригой до 1917 г. были безуспешны.
Шлокский отряд постоянно нуждался в артиллерийской поддержке с моря, особенно при отражении атак противника и в периоды наступательных действий наших войск. К решению этой задачи привлекались: линейный корабль «Слава», канонерские лодки, эскадренные миноносцы, минный заградитель и вспомогательные суда. В зависимости от обстановки и задач артиллерийская поддержка осуществлялась одиночными кораблями, небольшими тактическими группами, иногда и всем составом морских сил Рижского залива. Первый обстрел германских позиций был осуществлен с 25 по 29 июля у местечка Кеммерн канонерскими лодками «Сивуч» и «Кореец» и 4 эскадренными миноносцами 5-го дивизиона, которые не только отразили атаки противника, но и выбили его с занимаемых позиций.
В начале сентября, подтянув войска и тяжелую артиллерию, германское командование подготовилось к наступлению на участке шлок* ского отряда. На рассвете 12 сентября канонерская лодка «Грозящий» (два 152-мм и четыре 75-мм орудия) из района м. Рагацем открыла огонь по немецким батареям, обстреливавшим позиции отряда. Батареи располагались за укрытиями и часто меняли позиции. Приходилось
менять огневые позиции и «Грозящему». К 13 час. половина немецкой артиллерии была подавлена, и это позволило русскому сухопутному командованию подтянуть резервы.
Около 15 час., когда противник начал готовиться к атаке, «Грозящий» подошел, насколько позволяли глубины, к берегу и открыл огонь по скоплениям немецкой пехоты и окопам, находясь на траверзе последних. В течение трех часов непрерывной стрельбы было израсходовано 610 152-мм и 1520 75-мм снарядов. С большими потерями немцы отступили, оставив несколько хорошо оборудованных линий окопов, которые заняли части шлокского отряда.
Со второй половины сентября 1915 г. германское командование начало довольно широко привлекать для противодействия русским кораблям на огневых позициях самолеты, базировавшиеся на специально оборудованном на Ангернском (Энгурес) озере аэродроме. Русские установили на канонерских лодках по одному —два зенитных орудия, а осенью того же года начали использовать для ПВО и авиацию, передислоцировав в Рижский залив гидроавнатранспорт «Орлица»1, который вместе с кораблями артиллерийской поддержки выходил на фланг армии.
Организация ПВО кораблей на огневых позициях явилась новым в практике артиллерийской поддержки. Привлекавшиеся для этой цели самолеты использовались также для разведки и бомбардировки позиций противника. Таким образом, осенью 1915 г. зародилась авиационная поддержка сухопутных войск.
В конце сентября германское командование вновь начало подготовку к захвату позиций шлокского отряда. По просьбе штаба 12-й армии в район фланга были направлены линейный корабль «Слава», канонерские лодки «Грозящий» и «Храбрый», гидроавнатранспорт «Орлица» и 7 эскадренных миноносцев, которые с 25 сентября по 4 октября обстреливали боевые порядки немецких войск. Два немецких самолета безрезультатно бомбили «Славу». От огня тяжелых батарей противника русский линейный корабль имел несколько незначительных повреждений.
31 октября после артиллерийской подготовки на приморском участке немецкие войска перешли в наступление в двух направлениях: на Кеммерн и на Одинг вдоль р. Аа (Лиелуппе). Первой для артиллерийской поддержки сухопутных войск вышла канонерская лодка «Гро-
1 Гидроавнатранспорт «Орлица» представлял собой переоборудованный в феврале 1915 г. пароход «Императрица Александра» (водоизмещение 3SOO т; вооружение—восемь 75-мм зенитных орудии, два пулемета; скорость хода 12 узлов; поднимала четыре гидросамолета).
т
зящнй», дежурившая в это время в Усть-Двинске, и открыла беглый огонь по пехоте противника, наступавшей на Кеммерн. Канонерские лодки «Храбрый» и «Гиляк» и 5 эскадренных миноносцев, прибывшие на второй день, противодействовали войскам, наступавшим на одинг- ском направлении.
Несмотря на артиллерийскую поддержку «Грозящего», слабые русские части не выдержали нажима противника и оставили Кеммерн, что резко ухудшило положение приморского участка 12-й армии. 1 ноября в район действий прибыла «Слава», почти все корабли из состава морских сил Рижского залива были распределены по угрожаемым участкам и приступили к систематическому обстрелу немецких позиций. Благодаря этой поддержке русские войска к исходу седьмого дня остановили противника и сами перешли в наступление, восстановив к 10 ноября положение почти на всех участках фронта. Только под Кеммерном немцы удержали захваченные позиции. В результате интенсивного обстрела стянутыми сюда кораблями района Кеммерн, Шмар- ден, Клапкальнцен русские войска и на этом участке выбили противника с захваченных нм позиций.
В процессе многочисленных стрельб по берегу осенью 1915 г. была отработана их организация. Большая часть стрельб тщательно подготавливалась, успех их обеспечивался хорошей артиллерийской разведкой, к ведению которой привлекались самолеты с берегового аэродрома в Кильконде и гидроавнатранспорта «Орлица». В ряде случаев перед стрельбой проводилась рекогносцировка побережья и составлялась карта квадратов, которой снабжались затем поддерживаемые сухопутные части и корабли. Если стрельба была групповой, то за каждым кораблем закреплялась своя огневая позиция.
По приходе корабля на огневую позицию штурман, пользуясь секстаном, определял свое место по береговым предметам и наносил его на каргу, которая заранее была разбита на квадраты. Затем,- получиз по условному коду номер квадрата, подлежавшего обстрелу, он снимал с карты пеленг и расстояние до цели и передавал их артиллеристу. Такой способ определения исходных данных стрельбы обеспечивал высокую точность. При дистанции стрельбы 45 каб. для разрушения переправ через реки было достаточно четырех залпов.
Многие стрельбы производились с корректировкой, которую осуществляли береговые корректировочные посты, связанные с вынесенными вперед наблюдательными пунктами телефоном, а с кораблями —визуальными средствами. Если стрельба велась группой кораблей или веема морскими силами Рижского залива, связь с корректировочным постом обеспечивалась одним из кораблей, становившимся на бочку, к которой подводилась с берега телефонная линия. Управление огневыми грун*
пами при групповых стрельбах осуществлял один из командиров кораблей по назначению или сам начальник минной дивизии.

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий


 
Яндекс.Метрика