История Русского флота

История Русского флота.

 
» » Боевые действия на Балтийском море в начальный период войны (август—сентябрь 1914 г.)


Боевые действия на Балтийском море в начальный период войны (август—сентябрь 1914 г.)

Автор: russiaflot от 22 апреля 2017


Мобилизация и развертывание русского Балтийского флота начались в конце июля и производились в полном соответствии с «Планом операции морских сил Балтийского моря» 1912 г. и боевым расписанием флота. Они осуществлялись последовательно, по мере нарастания на театре угрозы нападения со стороны германского флота. 25 июля 1914 г. командующий морскими силами Балтийского моря, считая, что война неизбежна и может начаться в любой момент, отменил предусмотренные планом боевой подготовки маневры и объявил повышенную готовность кораблям и соединениям флота.
    Чтобы не допустить внезапного нападения противника, Н. О. Эссен принял ряд мер, важнейшими из которых были: установление в устье Финского залива постоянного дозора из крейсеров; приведение отряда заградителей в полную готовность к постановке минного заграждения на центральной позиции; установление охраны рейдов; соблюдение радиомаскировки.
    Одновременно с этим была начата частичная эвакуация Либавы. В соответствии с планом мобилизации приводилась в состояние боевой готовности резервная бригада крейсеров. Бригада линейных кораблей
в составе: «Цесаревич», «Слава» и «Павел I»1, 26 мюля перешла из Ревеля в Гельсингфорс, где на более защищенном рейде произвела по- грузку угля и приемку боеприпасов. В этот же день вышли в море крейсера «Громовой», «Баян», «Паллада» и «Адмирал Макаров», которые развернулись в устье Финского залива для несения дозорной службы.
    27 июля отряд заградителей— «Амур», «Енисей», «Нарова» и «Ла; дога» вместе с 4-м дивизионом эскадренных миноносцев сосредоточились в Порккала-Удде в полной готовности к постановке мин на центральной позиции и в шхерах. 28 июля началась постановка крепостного минного заграждения в Кронштадте, а на следующий день последовало распоряжение о тушении некоторых маяков.
    В полночь 30 июля была объявлена мобилизация флота. Понимая всю важность своевременной постановки мин на центральной позиции, командующий флотом2 в этот же день послал морскому министру И. К. Григоровичу запрос о разрешении поставить заграждение, однако ответа не последовало. Тогда Эссен направил морскому министру телеграмму следующего содержания: «Прошу сообщить о политическом положении. Если не получу ответа сегодня ночью, утром поставлю заграждение»3. Считая для себя главной задачей обеспечить флот от внезапного нападения противника, Эссен с присущей ему решительностью проводил намеченные штабом флота мероприятия и в конце концов добился разрешения на постановку центрального минного заграждения до официального объявления воины.
    31 июля отряд заградителей («Амур», «Енисей», «Ладога» и «Нарова») вышел из Порккала-Удда и в 6 час. 56 мни. приступил к постановке центрального минного заграждения. Для прикрытия постановки на меридиане М. Пакерорт (Пакринем) была развернута бригада линейных кораблей; в районе м. Дагерорт находилась в боевой готовности бригада крейсеров, в задачу которой входило задерживать все направляющиеся в Финский залив пароходы; на. подходах к заграждению заняли позиции подводные лодки.
    Постановка заграждения продолжалась около четырех часов. За это время было выставлено 2124 мины, которые ставились линиями с углублением 4,9 м (16 фут.) при минных интервалах 45,7—85,7 я (150-280 фут.).
    В период 2—6 августа миноносцы и тральщики выставили ряд минных заграждений на опушке финских шхер на участке Гангэ — Поркка- ла-Удд, а также дополнительные заграждения в районе центральной позиции. В последующем минные заграждения как на центральной, так и на флангово-шхерной позициях непрерывно подновлялись и усиливались.
    Одновременно с постановкой главного минного заграждения приводились в готовность все береговые батареи, расположенные на флангах центральной минно-артиллерийской позиции и в районе шхер. Маяки, расположенные к западу от линии Нарген—Порккала-Удд, были потушены, а ограждение банок южного берега от м. Дагерорт до маяка Пакерорт снято.
    Таким образом, к моменту объявления войны мобилизация, развертывание русского флота и постановка центрального минного заграждения были успешно закончены. В район центральной минно- артиллерийской позиции были стянуты не только силы, входившие в состав эскадры, но и корабли резерва из Лнбавы и Кронштадта.
    С началом войны Балтийский флот был подчинен главнокомандующему 6-й армии, который приказом от 31 июля 1914 г. подтвердил, что главной задачей флота является «всеми способами и средствами препятствовать производству высадки в Финском заливе» \ руководствуясь «Планом операций морских сил Балтийского моря» 1912 г.
    Считая, что с объявлением войны германский флот начнет вторжение в Финский залив, Н. О. Эссен в первый же день войны развернул главные силы Балтийского флота (бригада линейных кораблей, бригада крейсеров и I-я минная дивизия) в районе центральной минно-артиллерийской позиции и приготовился к бою, как это предусматривал план. Для своевременного обнаружения германского флота в устье Финского залива был выдвинут корабельный дозор из крейсеров. Подводные лодки заняли свои позиции на подходах к центральному минному заграждению, а миноносцы 2-й минной дивизии, предназначенные для нанесения предварительных ударов, сосредоточились в шхерах.
    Так продолжалось в течение первого месяца войны. В дневное время эскадра обычно развертывалась на позиции и проводила учение по отражению противника, а на ночь возвращалась в Гельсингфорс. 4
Крейсера и миноносцы вели непрерывную разведку в устье залива, чтобы своевременно обнаружить приближение к нему неприятеля.
     Время шло, но германский флот и не собирался прорываться в Финский залив. Готовясь к войне на два фронта, немцы разделили свои силы между Северным и Балтийским морями. 
     Наличие Кильского канала позволяло противнику в случае необходимости в короткий срок перебрасывать свой флот с Северного моря на Балтийское, что немцы неоднократно и делали во время войны.
     С объявлением войны России германский флот приступил к выполнению предусмотренных планом операций на Балтийском море демонстративных действий с целью маскировки своих оборонительных намерений *. Первой такой демонстрацией явился обстрел Либавы крейсерами «Аугсбург» и «Магдебург», которым ставилась также задача разведать местонахождение русских сил и произвести постановку минного заграждения у выхода из Рижского залива.
     Не зная, что русские корабли покинули Либаву, «Аугсбург» и «Магдебург» 2 августа поставили перед нею минное заграждение, после чего с предельной дистанции безрезультатно обстреляли город и порт. Главная задача — поставить минное заграждение у западного выхода.из Рижского залива и разведать русские силы в этом районе — не была выполнена крейсерами. Иного результата быть не могло, так так действия крейсеров не были обеспечены должной разведкой» нс было указано и точное место постановки мни.
    11 — 13 августа «Аугсбург» и «Магдебург» вновь произвели демонстрацию. Они обстреляли маяки Бенгтшер и Дагерорт, а при возвращении в Нейфарвассер — русские пограничные посты в районе Г1о- лангена. И на этот раз крейсера не нанесли урона русскому флоту и не поставили активных минных заграждений, как им предписывалось.
    Первые неудачные демонстрации на Балтийском море вызвали недовольство начальника германского морского генерального штаба. В связи с этим Генрих Прусский, получив сведения от нейтральных торговых судов, прошедших в первые дни войны через центральную позицию, о местоположении главного минного заграждения в Финском заливе решил поставить минное заграждение у западного выхода Су- ропского пролива (пр. Суропп), которым русские корабли пользовались для выхода в морс.
    С этой целью 17 августа в Финский залив был послан отряд в составе крейсеров «Аугсбург» и «Магдебург», трех миноносцев и заградителя «Денчланд» с 200 минами.
    В устье Финского залива отряд вошел в соприкосновение с дозорными крейсерами «Громовой» и «Адмирал Макаров», которые не оказали должного противодействия противнику1. Но и командир немецкого отряда не решился ставить мины в намеченном месте и приказал «Дейчланду» поставить заграждение на меридиане маяка Тахкрна.
    На следующий день три германских миноносца обстреляли пост наблюдения и связи и маяк Нижний Дагерорт, а затем, проникнув в Финский залив, вошли в соприкосновение с дозорными крейсерами Отогнанные огнем «Громобоя» и «Адмирала Макарова», они отошли к своим крейсерам, державшимся южнее маяка Бенгтшер. Ночью 20 августа на выставленном немцами заграждении подорвались и погибли два голландских парохода, вышедшие из Петербурга. Заграждение было обнаружено и в дальнейшем использовано русским командованием для оборудования в этом районе передовой минно-артиллерийской позиции.
    Неудачный исход боевых действий на Балтийском театре заставил германское командование изменить организацию своих сил на театре. Из состава морских сил Балтийского моря был выделен специальный (особого назначения) отряд для действий в восточной части Балтики, в который вошли наиболее современные легкие крейсера «Аугсбург» 6
И «Магдебург», миноносцы «V-25», «V-26» и «V-186», а также старый легкий крейсер «Амазоне», канонерская лодка «Пантер», миноносец «Т-94» и подводная лодка «U-З». Командиром отряда был назначен контр-адмирал Беринг, непосредственно подчинявшийся главнокомандующему морских сил Балтийского моря.
     25 августа отряд Беринга сосредоточился в 15 милях к северо- западу от южной оконечности о. Готланд для последующего прорыва двумя легкими крейсерами и тремя эскадренными миноносцами в Финский залив и нападения на русский корабельный дозор. При выполнении этой задачи, связанной с большим и необоснованным оперативной целесообразностью риском, немцам прежде всего пришлось встретиться с трудностью обхода своего же минного заграждения, выставленного «Дейчландом» в устье залива. В темноте «Магдебург» оторвался от «Аугсбурга», на котором находился Беринг. Поднявшийся густой туман еще более усложнил обстановку, и в 0 час. 37 мин. 26 августа «Магдебург» на 15-узловой скорости хода выскочил на камни у о. Оденсхольм.
     Попытки немцев снять крейсер с камней не увенчались успехом. По донесению наблюдательного поста русское командование утром 26 августа направило к Оденсхольму дежурные крейсера «Богатырь» и «Паллада» в сопровождении дивизиона миноносцев. Обнаружив в тумане «Магдебург», крейсера открыли по нему огонь. Немцы покинули крейсер, предварительно подорвав его7. Русские водолазы подняли со дна выброшенную противникам за борт трехфлажную сигнальную книгу германского флота с свинцовым грузом в переплете, а также извлекли из каюты командира крейсера шифровальную таблицу, при помощи которой немцы кодировали • составленные по трехфлажной сигнальной книге радиограммы. Один экземпляр трехфлажной сигнальной книги и копию шифровальной таблицы русское командование передало англичанам. В дальнейшем наличие этих документов в распоряжении русского и английского командования в значительной степени облегчило ведение радиоразведки на Балтийском и Северном театрах.
     Почти одновременно с описываемыми событиями на Балтике крупные силы английского флота, состоявшие из линейных крейсеров, легких крейсеров и эскадренных миноносцев, совершили набег на германские дозорные корабли в Гельголандской бухте. В результате боя в этой бухте 28 августа, протекавшего в аналогичных метеорологических условиях (туман), немцы потеряли три крейсера и один
эскадренный миноносец. Таким образом, германский флот в течение двух дней потерял 4 крейсера и один миноносец.
   Гибель «Магдебурга» и неудачный исход всех предыдущих действий германского флота заставили немецкое командование временно отказаться от активных действий на Балтийском море.
   Подводя итоги боевой деятельности германского флота на Балтийском море в течение первого месяца войны, необходимо отметить, что эти действия носили преимущественно демонстративный характер н в конечном итоге не достигли своей цели. Несмотря на слабое противодействие русского флота, немцам не удалось решить ни одной из своих задач. Некоторое исключение составляли минно-заградительные действия германского флота, но и они не отличались высоким искусством. Избранные немцами места для постановки минных заграждений оказались весьма неудачными, а допущенная неточность в определении места постановки минного заграждения у Либавы надолго стеснила действия германского флота в этом районе. Что касается минной постановки в устье Финского залива, произведенной «Дейчландом» и получившей наименование «заграждение 39-го квадрата», то она не только не затруднила боевые действия русского флота, но, наоборот, облегчила русским крейсерам и миноносцам несение дозорной службы, значительно сократив линию дозора. Эта постановка является наглядным примером того, что в определенных условиях минное заграждение может быть обращено против поставившей его стороны.
    Кроме того, немцы преднамеренно пренебрегли скрытностью мин ных постановок, являющейся решающим условием успеха всякого минного заграждения. Они предполагали, что открытые минные постановки могут в наибольшей мере и безотлагательно стеснить свободу маневра русских сил, и, естественно, не добились своей цели.
     К концу августа обстановка на Балтийском театре вполне выяснилась. Она оказалась более благоприятной, чем предполагало русское морское командование перед войной. Русскому флоту, готовившемуся к борьбе против всего германского флота, пришлось иметь дело с его второстепенными силами. В этой обстановке стало возможных изменить оперативный план 1912 г. в сторону расширения зада* флота.
    Новые задачи, сформулированные в приказе командующего Бв* тийским флотом от 4 сентября 1914 г., преследовали следующие цел* расширить операционную зону флота до меридиана м. Дагерорт, укр*‘ питься в Моонзундском и Або-Оландском архипелагах и, выдвину* базирование миноносцев и подводных лодок в эти районы, обеспечить с одной стороны, более глубокую оборону Финского залива, распро*
странив свой контроль на западную часть его, а с другой—дать возможность флоту выполнять активные операции в Балтийском море.
    Общая задача охраны входа в Финский залив и выхода из него была возложена на крейсера и миноносцы. Благодаря германскому заграждению в устье Финского залива стало возможным без особого риска вынести крейсерский дозор на меридиан Дагерорта. Согласно приказу сюда ежедневно должны были высылаться два крейсера из состава 1-й и 2-й бригад крейсеров, а ночью —в северный проход корабли 2-й минной дивизии, в южный — эскадренные миноносцы 1-й дивизии.
    Приказ определял и частные задачи отдельным соединениям флота. Так, на 1-ю минную дивизию возлагалось развитие операции в Рижском заливе, Ирбенском проливе и прилегающих к нему частях Балтийского моря, на 2-ю минную дивизию —то же в Або-Оландском шхерном районе и на бригаду подводных лодок — действия в районе северного побережья о. Даго, Рижском заливе, Ирбенском проливе и прилегающих к нему частях моря.
    В соответствии с изменением общей и частных задач флота было произведено перебазирование части сил флота на запад. В Лапвнке стала базироваться дежурная бригада крейсеров (1-я или 2-я), так как отсюда кораблям требовалось значительно меньше времени для перехода к линии дозора. Из Ревеля в Моонзунд перебазировались 1-я минная дивизия и бригада подводных лодок, в Або-Оландский район —
2- я минная дивизия, сохранившая свою.прежнюю базу Лапвпк в качестве тыловой.
    В связи с тем что «План операций морских сил Балтийского моря на случай’возникновения войны в 1912 г.» не предусматривал возможности удержания русским флотом Моонзундских и Оландскях о-вов и всей западной части Финского залива в случае наступления крупных сил противника, эти районы не укреплялись, а с началом войны был» приведены в такое состояние, чтобы максимально затруднить в них боевые действия германского флота, если последний попытается вторгнуться в Финский залив (снято навигационное оборудование в ряде мест шхерной полосы западнее Лапвика, в местах, доступных для высадки десанта, выставлены минные заграждения н т. д.). Теперь надлежало не только восстановить, но и значительно расширить оборудование всех этих районов.
    3 сентября командующий флотом приказал командиру порта Петра Великого (Ревельского) немедленно приступить к оборудованию Моонзунда как района нового базирования миноносцев и подводных лодок. Одновременно было начато оборудование Або-Оландского района и восстановление навигационного оборудования в западной части Финского залива. Работы велись в спешном порядке, потому что
командование флотом стремилось с наступлением продолжительных темных ночей приступить к постановке активных минных заграждений у берегов Германии. К 14 сентября было завершено навигационное оборудование входа на рейды Ганга и Лапвнк, 16-футового шхерного фарватера в районе Гангэ, продольного фарватера через Моонзунд, Соэло- Зундского (Соэла-Вянн) и Нукка-Вормсского (Вооси-Кури) фарватеров.
     Особое внимание уделялось оборудованию Моонзундского района, как имеющего важное оперативно-стратегическое значение на театре. Необходимым условием организации здесь передовой базы являлось прочное удержание всех выходов из Моонзунда. Не располагая достаточными силами и средствами, командующий флотом решил в первую очередь обеспечить оборону северного и южного выходов из пролива. В этих районах и развернулись работы по установке береговых батарей, начатые еще 22 августа, когда командующий флотом впервые узнал о поставленном немцами минном заграждении в устье Финского залива.
     К 25 сентября были установлены: на о. Вормс — две батареи (одна— из четырех 152-мм орудий, другая — из четырех 75-мм орудий), на о. Шильдау (Кессулайд)—одна батарея из четырех 758мм орудий и на о. Вердер —одна батарея из четырех 152-мм орудий. В целях обеспечения оборонительных работ в Моонзунд была переведена нз Шхерного отряда канонерская лодка «Храбрый», а на подходах к нему со стороны Финского залива ежедневно несли дежурство две подводные лодки.
     По окончании этих работ была начата подготовка к установке 152-мм батареи на юго-восточной оконечности о. Моон для усиленна защиты выхода в Рижский залив, Двух батарей на островах Эзель к Даго (120-мм и 75-мм) для обороны Соэло-Зундского пролива, который после небольших дноуглубительных работ мог позволить миноносцам выходить в море более коротким путем, чем через Ирбенский пролив. Кроме того, Соэло-Зунд позволял держать под контролем бухту Таге-Лахт (Тагалахт), как одно из наиболее удобных мест для высадки десанта на о. Эзель.
     В первых числах сентября началось оборудование островов Эре в Утэ Або-Оландского района, возле которых находились удобные якорные стоянки флота, и ведущих к ним фарватеров. Одновременно развернулось изучение некоторых участков шхер .Або-Оланда с целью выявления новых фарватеров и выбора мест для установки береговых батарей.
     В конце 1914 г. по указанию командующего штаб флота разработал план укрепления и оборудования Або-Оландского района ка* позиции. В основе этого плана лежала идея использования корабельных сил флота, опиравшихся на минное заграждение и береговую артиллерию, для чего планом предусматривалось создание специального соединения из кораблей различных классов. Выдвигая идею сформирования подобного соединения, состоящего из линейных кораблей, крейсеров, миноносцев, надводных минных заградителей и подводных лодок, Н. О. Эссен считал, что его задачей «будет оборона района в широком смысле этого слова, в которую войдут и активные минные операции против неприятеля»1. Это было первое так называемое «маневренное» соединение флота, состоящее из разнородных сил, предназначенное для решения оборонительных и наступательных задач.
    Особое внимание при оборудовании западной части Финского залива было обращено на оборону Гангэ, как наиболее уязвимого участка шхерной коммуникации между Гельсингфорсом и Або-Оландским районом. С этой целью на о. Руссаре была установлена 152-мм бата- •рея, которая должна была прикрывать не только порт Гангэ, но и шхерную коммуникацию из Або-Оландского района в Финский залив. Минные заграждения, выставленные в начале войны на продольном фарватере между Лапвиком и Гангэ, были сняты.
    В то время как русский флот расширял свою операционную зону, немцы после потери крейсера «Магдебург» временно прекратили свои демонстративные действия на Балтике. Опасаясь активных действий русского флота в южной части Балтийского моря, германское командование установило между о. Готланд и Внндавой постоянный крейсерский дозор, который вскоре был обнаружен русскими наблюдательными лостами. — • 1
    В ответ на это командующий русским Балтийским флотом решил произвести глубокую разведку моря вплоть до Данцигской бухты к в случае обнаружения противника атаковать и уничтожить его. I сентября под его флагом броненосный крейсер «Рюрик», крейсера «Россия», «Богатырь», «Олег» и эскадренные миноносцы вышли через северный проход в море. Довольно крупная волна заставила вице-адмирала Эссена возвратить эскадренные миноносцы в шхеры. В дальнейшее плавание вместе с крейсерами отправился лишь эскадренный миноносец «Новик», обладавший хорошими мореходными качествами. Курсы и скорость отряда были избраны с раочето.м —к рассвету по- дбйти к параллели южной оконечности о. Готланд, где должны были находиться германские дозорные корабли.
    В эту ночь дозор несли крейсера «Газелле» н «Амазоне», к северу от них производил разведку крейсер «Аугсбург». Следуя на юг вдоль •
восточного берега о. Готланд, русский отряд при лунном освещения неожиданно обнаружил находящийся в районе северной части остром «Аугсбург», шедший курсом N. Повернув на обратный курс и дав полный ход, немецкий крейсер стал уходить на юг. Пытаясь выйти в торпедную атаку, «Новик» в течение сорока минут преследовал противника, но, несмотря на 32*узловую скорость хода, догнать «Аугсбург» не смог. Атака была произведена с большой дистанции и безрезультатно.
     Продолжая следовать на юг, русские корабли утром 2 сентябрь снова обнаружили «Аугсбург», который и на этот раз уклонился от боя с преследовавшими его в течение почти двух часов крейсерами «Олег» и «Богатырь», уступавшими ему в скорости. Утром 3 сентября отряд возвратился в Ревель.
     Появление русских крейсеров в средней части моря и переброска частей 6-й армии на Западный и Юго-Западный фронты весьма обеспокоила германское командование. Оно оказалось вынужденным перенести линию дозора к югу, на параллель Либавы, и увеличить своя силы на театре путем переброски кораблей с Северного моря. Кроме того, оно решило возобновить демонстративные действия на Балтике силами отдельных соединений Флота открытого моря, чтобы тем самым удержать части 6-й армии на побережье Финского, залива.
     4 сентября немцы предприняли демонстрацию с целью «нанеси русским урон и заставить их вернуться к тому оборонительному образу действий, которого они держались до 27 августа»9. Для участия в демонстрации с Северного моря были переброшены значительные силы: 4-я эскадра линейных кораблей (7 линейных кораблей типа «Виттель- сбах»), броненосный крейсер «Блюхер», 5 легких крейсеров и 3.флотилии эскадренных миноносцев. Замысел германского командования состоял в том, чтобы демонстрацией легких сил в устье Финского залив! вызвать часть русского флота в море и уничтожить превосходящими силами.
     6 сентября, придя в намеченный район, германские корабли разделились на три группы. Первая (2 линейных корабля, 2 крейсера и флотилия миноносцев) развернулась напротив Финского залива, в районе маяка Бенгтшер, вторая (крейсер «Аугсбург» и миноносец «V-25») направилась в Финский залив, а третья, составлявшая группу оперативного прикрытия, сосредоточилась у маяка Сарычев.
     Следуя в Финский залив, «Аугсбург» на меридиане Дагерорта заметил русские дозорные крейсера «Баян» и «Паллада», которые тоже обнаружили германские корабли и легли на курс 180° для сближение с ними. «Аугсбург» уклонился от боя и стал отходить на юго-запад.
имея намерение навести русские крейсера на свои главные силы. Своевременно заметив приближение с севера броненосного крейсера «Блюхер» и разгадав замысел противника, «Баян» и «Паллада» повернули на восток и отошли в глубь залива. «Блюхер» начал преследовать русские корабли, но вскоре отказался от этого, хотя обладал преимуществом в скорости хода и артиллерии. Очевидно, немцы боялись вступать в бой с русскими кораблями на укрепленных позициях в Финском заливе.
    С получением сведений о появлении крупных сил германского флота на подходах к Финскому заливу вице-адмирал Н. О. Эссен приказал усилить на ночь охрану входа в залив, а бригаде линейных кораблей — приготовиться к выходу в море. 8 сентября русская эскадра в полном составе вышла из залива и, развернувшись в северной части Балтийского моря, произвела поиск противника. Не обнаружив германских кораблей, которые, как донес об этом либавский наблюдательный пост, ушли в южном направлении, эскадра вернулась в Ревель.
    Благодаря тому что русское командование вовремя разгадало намерение противника, немцам не удалось осуществить свой замысел. Более того, предпринятая ими демонстрация позволила командующему русским флотом сделать совершенно определенный вывод, что германский флот не собирается не только прорываться в Финский залив, но и вообще активно действовать в Балтике. Считая в дальнейшем маловероятным бон на Центральной минно-артиллерийской позиции, Эссен дал указание штабу флота о разработке положения и инструкций для встречного боя в открытом море, который мог произойти в любое время при выполнении русским флотом активных действий на Балтике.
    Во второй половине сентября германский флот вновь предпринял демонстрацию на Балтийском море, на этот раз по инициативе сухопутного командования, которое просило «произвести демонстрацию высадки одной бригады у Курляндского побережья, между Лнбавой и Виндавой, с целью воспрепятствовать русским перебросить стоящие в Северной Польше войска в Галицию»10. Морское командование охотно удовлетворило эту просьбу, предполагая использовать одновременно крупные силы Флота открытого моря для нового нажима на русский флот в целях удержания его от активных действий.
    23 сентября в районе Либавы сосредоточились 4-я (7 эскадренных броненосцев типа «Днттельсбах») н 5-я (7 эскадренных броненосцев типа «Кайзер Вильгельм II») эскадры Флота открытого моря.
    В этот же день командующий русским флотом, получивший агентурные сведения о выходе германской эскадры в море, а затем донесения от наблюдательных постов о появлении неприятельских кораблей
в районе Внндавы, сосредоточил все крейсера в устье Финского залива, а эскадренные миноносцы 1-й дивизии —в Моонзунде. Произведя разведку в северной части моря и не обнаружив противника, он отправил * дежурные крейсера к Эре, а сам с остальными кораблями пошел HI ночь в Лапвнк.
     24 сентября наблюдательные посты донесли о появлении между Виндавоп и Бакгофеном (Ужава) линейных кораблей, крейсеров, миноносцев и транспортов противника. Не зная их истинных целей, но в то же время считаясь с угрозой высадки десанта на совершенно не защищенное побережье, Эссен в ночь на 25 сентября направил в этот райов для поиска противника эскадренные миноносцы и подводную лодку «Дракон», а сам на «Рюрике» перешел к Эре, чтобы с утра произвести разведку северной части моря.
     В 6 милях южнее Внндавы эскадренные миноносцы, производи* шне ночной поиск, встретили 2 неприятельских эскадренных миноносца, которые, не приняв бой, скрылись в темноте. Не обнаружив других, более крупных сил противника, эскадренные миноносцы вернулись в Моонзунд.
     Допуская мысль, что германские силы в течение ночи могли передвинуться к устью Финского залива, Эссен утром 25 сентября развернул у о. Даго бригаду подводных лодок, а с крейсерами произвел разведку северной части моря. Однако обнаружить противника не удалось, и только на следующий день из агентурных источников стало известно, что германский флот вернулся в свои базы. Столь поспешный ухо2 его был вызван сообщением о появлении в Большом Бельте английского флота* Как. потом выяснилось, это сообщение оказалось лонным К
     Таким образом, демонстративная высадка десанта в районе Вик* давы, как и все предыдущие действия германского флота на Балтийском море, не увенчалась успехом. Более того, демонстрация у Вин- давы позволила русскому командованию определить ближайшие наме рения немцев на Балтике. Если до этого оно серьезно считалось с возможностью высадки десанта на Балтийское побережье, то теперь подобные опасения рассеялись, так как стало ясно, что решительны* действий такого характера немцы не предпримут.
     Не сумев с помощью надводных кораблей удержать русский флот в Финском заливе, германское командование решило использовать дл* этой цели свои подводные лодки, накопившие уже некоторый опыт действий против английских кораблей на Северном море11 12. Дополнительно на Балтику были переброшены три новые подводные лодки («U-23», «U-25», «U-26»).
    8 октября германские надводные корабли и подводные лодки вышли в район между Либавой и Виндавой с целью вызвать посредством демонстрации высадки десанта русские корабли в море и поставить их под удар подводных лодок, заранее развернутых в устье Финского залива. На следующий день легкие крейсера и эскадренные миноносцы сосредоточились между Богшером и Дагерортом, а подводные лодки заняли позиции к востоку от «заграждения 39-го квадрата».
    Получив от наблюдательных постов сведения о появлении в северной части Балтийского моря германских кораблей, командующий русским флотом направил 10 октября в район Дагерорта для усиления дозора крейсера «Громовой» и «Адмирал Макаров». При выходе из Финского залива в районе банки Аякс «Адмирал Макаров» был безрезультатно атакован германской подводной лодкой, о чем командир немедленно донес в штаб флота. В качестве контрмеры командующий флотом направил в раной входа в Финский залив миноносцы, однако они не обнаружили неприятельских лодок, хотя три лодки находились в это время там на позициях.
    11 октября, при возвращении из дозора крейсеров «Баян» и «Пал- лада», последний был потоплен подводной лодкой «11-26». Крейсер затонул настолько быстро (полторы-две минуты), что с него никто не успел спастись. Гибель «Паллады» произвела сильное впечатление на русское командование. Подводная опасность явилась новым фактором в военных действиях на море, с которым до этого почти не считались. Практически русский Балтийский флот, как и другие флоты, в том числе английский и французский, оказался неподготовленным к борьбе с подводными лодками. Случаи с «Палладой» и предшествующая ему катастрофа трех дозорных британских крейсеров заставили русское командование в корне пересмотреть свои взгляды на подводную опасность. Линейные корабли и крейсера, для которых пребывание в море стало опасным, укрылись в базах, для прикрытия стоянки кораблей в Ревеле и Гельсингфорсе в Суропском проходе было выставлено минное заграждение, началось изготовление боновых заграждений н противолодочных сетей с подрывными патронами. Для обеспечения безопасного выхода кораблей в море был создан хорошо укрытый с моря продольный шхерный стратегический фарватер от Гельсингфорса до Эре для кораблей всех классов 13. Все инструкции по боевой деятельности флота были пересмотрены под углом зрения противолодочной обо- роньг кораблей. Миноносцы стали производить систематический поиц неприятельских лодок в западной части Финского залива. Разведывательным органам штаба флота и службе наблюдения и связи было вменено в обязанность следить за радиопереговорами немецких лодок а целях выявления их позиций. По настоянию командующего флотох правительство санкционировало запрещение плавания судов в район14 к северу от параллели 58°50' и к востоку от меридиана 21°00', у входа в Рижский залив и в прибрежных водах Або-Оландского архипелага. Вход в Финский и Рижский заливы и выходы из них были закрыты, в том числе и для нейтральных судов, находившихся в это время в портах этих заливов. Для внешнеторговых перевозок оставался открытых только порт Раумо в Ботническом заливе. Все это было сделано главным образом для того, чтобы противник не смог получать от нейтральных торговых судов сведения о дислокации и передвижении русски кораблей.
    В октябре 1914 г. закончился первый этап боевых действий на Балтийском море. Этот этап характеризовался проведением германских флотом ряда демонстративных действий, не давших желаемых результатов и завершившихся гибелью легкого крейсера «Магдебург».
    Отказ русского командования от активных наступательных действий в первый месяц войны, напряженное ожидание им боя на центральной позиции объясняется рядом причин, и прежде всего характером главной задачи, поставленной перед Балтийским флотом в плаве войны, и той обстановкой, которая сложилась на театре с начален боевых действий. Бригада линейных кораблей в этот период занималась боевой подготовкой, целеустремленной на решение главной задачи, а крейсера и миноносцы несли непрерывную разведку и дозорную службу в устье Финского залива. Командующий русским Балтийским флотом считал рискованным до окончания развертывания сухопутных сил на побережье Финского залива и выяснения сил и намерений противника на театре предпринимать какие-либо действия, могу щие нанести ущерб решению главной задачи — бою на центрально! позиции, к которому в течение многих лет готовился русский флот Характер такого боя требовал максимального сосредоточения сил » данном районе. Кроме того, русскому командованию приходилось считаться со значительным превосходством противника в силах.
    Правда, с вступлением 5 августа 1914 г. в войну Англии основны* силы Флота открытого моря были прикованы к Северному мор» Однако, пользуясь тем, что английский флот, ограничившись дальне! блокадой германского побережья на Северном море, не предпринимав в это время никаких крупных операций, германское морское команд* 
    ванне могло перебросить часть сил на Балтику. Только после выяснения обстановки на театре и ближайших намерений противника русский флот приступил к планомерному расширению своей операционной зоны до Або-Оландских и Моонзундских островов и подготовке к активным действиям.


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий


 
Яндекс.Метрика