История Русского флота

История Русского флота.

 
» » Катастрофа эскадренного броненосца "Петропавловск"


Катастрофа эскадренного броненосца "Петропавловск"

Автор: russiaflot от 22 октября 2013


После неудачи втором попытки заграждения выхода из Порт-Артура адмирал Того послал запрос о подготовке новых пароходов-брандеров. До их прибытия командование японского флота решило провести операцию по заграждению выхода постановкой мин ночью. Зная о том. что вице-адмирал Макаров при появлении кораблем японского флота в видимости Порт-Артура наверняка выйдет в морс, японцы решили -заманить русских на минное заграждение. Операция была назначена па 26 марта, но ко времени выхода задул свежий южный ветер. Несколько дней стояла штормовая погода, и только после полудня 30 марта японский флот снялся с якоря и направился к Порт-Артуру. Придя в точку в 25 милях к зюйд-осту от острова Раунд, броненосцы и крейсера застопорили машины и легли в дрейф.

На кораблях, предназначенных для постановки, началось предварительное приготовление мин. В 17.40 4-й, 5-й отряды истребителей, 14-й отряд миноносцев и минный заградитель "Кориу-мару'" в охранении 2-го отряда истребителей направились к Порт-Артуру. Густые облака заволакивали небо, и море было подернуто туманом. Для постановки мин погода была самая подходящая На флагманском броненосце "Микаса" адмирал Того приказал поднять сигнал "заранее поздравляю с успехом"; па всех кораблях команды стояли во фронте, провожая уходящих. С "Кориу-мару" последовал ответный сигнал "в виду благоприятной погоды ручаюсь за успех". и отряд кораблей-заградителей направился па запад.

2-й отряд истребителей, прикрывавший постановщиков мин, сначала следовал впереди, затем при приближении к цели пропустил вперед 5-й отряд истребителей и 14-й отряд миноносцев и затем пошел рядом с заградителем "Кориу-мару". Отряд заградителей подошел к рейду Порт-Артура около 23.40 (по японскому времени!, но ввиду дождя и полного мрака японцы не могли точно определить место. Ориентировке помогали шесть-семь русских прожекторов, освещавших подступы к внешнему рейду с.береговых батареи и дежурных кораблей. Японцы несколько pat попадали в освещаемое пространство, по обнаружены не были. Различив очертания берегов справа и слева от прохода и уточнив свое место, японские корабли произвели постановку мин в соответствии с планом. Выполнив задачу, отряд вернулся на стоянку в северо-западной Корее. Замысел японцев удался полностью. Как они и предполагали, при появлении японских кораблей и бое миноносца "Страшный" 31 марта. СО. Макаров вышел в море.

События развивались следующим образом. Макаров еще 26 марта получил агентурные сведения о том. что в портах Кореи японцы сосредоточили значительное количество транспортов для десантной операции па Квантунском полуострове. Местом сбора транспортов с десантом должны быть острова Эллиот. Вечером 30 марта и поход вышли восемь русских миноносцев для ночной атаки противника. В ожидании известий СО. Макаров прибыл на дежуривший в проходе крейсер "Диана" и ночь провел там. Когда ему несколько раз докладывали об обнаружении в свете прожекторов силуэтов кораблей, командующий категорически запретил открывать огонь, боясь обстрелять свои миноносцы. Командиры миноносцев 2-го отряда не имели опыта совместного ночного плавания и плохо знали район. Большинство их только недавно были назначены на свои корабли.

Ночью миноносцы этого отряда отстали и следовали самостоятельно. Японских кораблей и транспортов в районе островов Эллиот 1-й отряд не обнаружил и повернул к Порт-Артуру. Миноносец "Страшный", следуя самостоятельно, встретил отряд японских миноносцев и, приняв их за своих, пристроился в кильватер. На рассвете противники опознали друг друга, в неравном бою "Страшный" погиб. На помощь вышел крейсер "Баян" и на месте гибели миноносца под огнем японских крейсеров спас пять матросов. Командующий флотом направил в море остальные крейсера и в 7 часов утра вышел на "Петропавловске". За флагманским кораблем вышел броненосец "Полтава", остальные задержались из-за сильного ветра. Не дожидаясь остальных, Макаров пошел в море с двумя броненосцами.

Однако спустя некоторое время на горизонте показались главные силы японского флота. Русские повернули к Порт-Артуру и вернулись на внешний рейд. Здесь вступили в строй вышедшие броненосцы "Перс-свет" и "Победа". СО. Макаров повернул на ост п. следуя в двух милях от берега, намеревался в случае приближения превосходящих сил противника принять бой под прикрытием береговых батареи. Строй русских кораблей был следующим: в кильватерной колонне "Петропавловск", "Полтава", "Аскольд", "Баян". "Пересвет", "Победа", "Диана", "Новик". Слева па траверзе флагманского корабля шли минные крейсера "Гайдамак" и "Всадник". Ни при выходе крейсеров и броненосцев, ни при начале маневрирования два последних приказаний па постановку тралов не получали - то ли из-за волны на рейде, то ли о минной опасности забыли. На мостике флагманского корабля были заняты наблюдением за противником и выходом на рейд пятого русского броненосца "Севастополь".

В 09.39 произошел взрыв. Мичман И.И. Ренгартен наблюдал гибель броненосца "Петропавловск" с мостика шедшей следом "Полтавы" и описал ее в своем дневнике так: "Этой ужасной картины я никогда в жизни не забуду. Под правой скулой "Петропавловска" взорвалась мина, он сразу накренился и стал уходить носом в воду, над местом взрыва выкинуло громадное пламя и целую кучу дыма. После этого взрыва было слышно еще несколько, то взрывались котлы и зарядные отделения мин.

Палуба мгновенно была объята пламенем. Трубы и мачты сразу куда-то исчезли, корма выскочила из воды, винт левой машины заработал в воздухе, люди падали кучами, многие падали в винт, и их размалывало на наших глазах. "Петропавловск" погружался быстро - через 2 минуты после взрыва его уже совершенно не было видно".

О том, что происходило на броненосце, рассказал флаг-офицер штаба командующего флотом В.П. Шмидт: "Подойдя к журналу, я стал записывать: "В 9 ч 43 мин - сигнал:..." - успел я лишь набросать, и вдруг послышался глухой сильный удар. У нас троих (капитана 2-го ранга Кроуна, сигнальщика и у меня) сорвало фуражки, и в одно мгновение стол, диван, шкаф с книгами и картами - все обратилось в груду обломков, циферблат с механизмом был вырван из футляра часов.

С трудом удалось высвободиться, и мы бросились к правому выходу из рубки на мостик. "Петропавловск" сильно кренился на правую сторону и настолько быстро погружался, что, стоя на твердом мостике, казалось, не имеешь опоры и летишь с головокружительной быстротой куда-то в бездну. Это чувство было очень неприятно.

Говорить, конечно, нельзя было из-за рева пламени, воды, постоянных взрывов и всеобщего разрушения. Выскочив на правую сторону мостика, мы увидели впереди себя море пламени; удушливый едкий дым почти заставлял задохнуться. Здесь я заметил фигуру адмирала, стоявшего спиной ко мне. Как думают те, кто хорошо знал адмирала, он прошел вперед, сбросив с себя пальто, чтобы узнать, что случилось, и вот можно предположить, что он был оглушен или убит одним из сыпавшихся обломков.

Только несколько секунд пробыли мы здесь и. опять с трудом перебравшие:, через деревянную рубку, еще каким-то чудом не разрушенную, мы с большими усилиями добрались до левого крыла мостика, так как крен на правую был уже очень велик.

Тут я увидел флагманского штурмана подполковника Коробицина. флаг-офицера мичмана Яковлева, еще нескольких офицеров, которых не помню, и много сигнальщиков, прыгавших с мостика вниз на крышу левой носовой 6-д. башни, и паровой катер, а оттуда в воду. Мимо меня, мне показалось, прошел великий князь Кирилл Владимирович. Мичман Яковлев старался хотя немного удержать команду.

Я взглянул наверх: надо мной стоял столб желто-черного дыма, который у меня прямо врезался в память. Рядом со мной обломком, которые сыпались вокруг, ударило по голове капитана 2 ранга Кроуна. он упал и больше не поднимался.

Посмотрел я на корму: шканцы, казавшиеся высоко над мостиком, усеяны людьми, которые без всякого удержа сплошною живою рекою бросались за борт, попадая в работавшие до последнего взрыва винты и между обломками.

При виде такой картины сердце сжалось от ужаса. Несмотря на общее стихийное стремление броситься в воду, у меня явилось твердое ясное сознание, что этим я погублю себя: слишком много выступающих частей -орудий, мостиков и т.д., которыми меня может накрыть. В это время мостик уже был под водой, которая доходила мне до груди. Значит, успел я только выскочить из рубки, пробраться на крыло мостика, посмотреть вверх и назад, как очутился уже под водой...

На мне была меховая тужурка, мех еще не успел пропитаться водой, и она меня вынесла на поверхность.

Выплыл. Нашел рядом деревянную дверь от моей рубки; подплыл к ней. Попробовал, выдержит ли она - выдержала. Лег на нее и. помню, стал отхаркиваться кровью и стонать. Немало воды я наглотался.

Посмотрел вокруг: от "Петропавловска" никаких следов; несколько обломков - вот и все. Много плавающих людей, раненых, коченеющих (в воде было 5"). Услыша общий непрерывный стон этих людей, я сам замолчал".

Сразу после взрыва все корабли застопорили машины и стали спускать шлюпки. Ближе всех к месту катастрофы (в полутора кабельтовых) находился минный крейсер "Гайдамак". С него спустили шлюпки и стали поднимать плававших в воде прямо на борт. Через четыре минуты подошли шлюпки с броненосца "Полтава", затем и с других кораблей, подошли миноносцы. Спасательным работам мешало сильное волнение. Паровой катер с "Полтавы" захлестнуло волной, и он затонул. Не все спасшиеся при катастрофе выдержали пребывание в холодной воде. Многие умерли в воде или спустя некоторое время после спасения. Среди последних был капитан 2 ранга Васильев, мичманы Акимов и Бурачек, врач Волкович. "Гайдамак" и его шлюпки спасли четырех офицеров и 47 человек команды. Среди них был великий князь Кирилл Владимирович. Всего же удалось спасти 7 офицеров и 73 нижних чина. На "Гайдамак" подняли из воды пальто адмирала Макарова, сверток карт, образ Святого Николая Чудотворца. Спасенных доставили в порт и передали на госпитальное судно "Монголия". Всего погибло 650 человек, среди них вице-адмирал СО. Макаров, начальник штаба эскадры контр-адмирал М.П. Молас, флагманский минер К.Ф. Шульц.

После подрыва "Петропавловска" эскадра оставалась в дрейфе до 9.55. Затем младший флагман контрадмирал Ухтомский приказал поднять сигнал построиться в кильватерную колонну за "Пересветом". "Полтава" и "Гайдамак" еще некоторое время оставались па месте гибели "Петропавловска", остальные построились в кильватер и легли на курс зюйд-вест 55". Японские корабли наблюдали все это издали, не приближаясь из-за опасения мин и не входя в зону действия русских крепостных орудий.

В 10 часов 10 минут эскадренный броненосец "Победа" в полутора милях от маяка на Тигровом полуострове подорвался на мине. Взрыв произошел с правого борта в районе носовых угольных ям между 54 и 58 шпангоутами. Центр пробоины оказался на 16 футов ниже ватерлинии. Вода затопила две угольные ямы и два бортовых коридора. Броненосец принял около 550 т воды и получил крен 6" на правый борт. После взрыва главные машины были остановлены и шлюпки подготовлены к спуску. Однако переборки держали, и распространения воды по другим помещениям не было. Броненосец дал ход и направился на внутренний рейд, куда благополучно зашел с помощью портовых буксиров.

После подрыва "Победы'' с нее открыли беспорядочный огонь по воде, полагая, что причиной гибели "Петропавловска" и подрыва второго броненосца явились японские подводные лодки. Остальные корабли русской эскадры также открыли огонь по всем плававшим в воде предметам. Контр-адмирал Ухтомский приказал эскадре следовать в гавань, что и было исполнено без происшествий. Японский флот держался па горизонте до 15 часов и величаво удалился.

В случае успеха ночной атаки миноносцев в районе островов Эллиот, Макаров намеревался утром 31 марта выйти с эскадрой в море. Тем не менее, пи протраливания створа, ни проводки за тралами выполнено не было. Из-за нахождения в морс русских миноносцев обнаруженные японские корабли обстреляны не были. Гибель флагманского корабля и командующего флотом произвела удручающее впечатление на личный состав эскадры.

9 апреля береговые батареи открыли огонь по всплывшей на месте гибели броненосца подводной лодке. Наместник со штабом прибыл на Золотую гору и от туда наблюдал за происходившим. По его приказанию стрельбу прекратили и к лодке были посланы сторожевые катера. "Подводная лодка" оказалась баркасом с "Петропавловска". этот и в следующий день на внешнем рейде проводили траление миноносцы, с задачей "протралить весь рейд, чтобы вполне обеспечить возможный выход флота или миноносцев из гавани от мин, могущих быть поставленных японцами". Координирование осуществлялось по выставленным накануне вехам. Начатые противоминные действия велись импровизированно. Большинство личного состава считало, что "Петропавловск" потоплен подводными лодками. 10 апреля в Порт-Артуре была получена телеграмма начальника Главного морского штаба контр-адмирала З.П. Рожествснского. в которой сообщалось, что, по официальным данным, у японцев нет подводных лодок, а в ночь на 31 марта на рейде Порт-Артура были минный транспорт "Кориу-мару", восемь эскадренных и четыре малых миноносца, которые поставили мины. В телеграмме спрашивалось, не обнаружены ли на месте гибели "Петропавловска" японские мины. Только после этого было начато траление непосредственно на месте потопления флагманского корабля.

14 апреля катера с броненосца "Цесаревич" под руководством старшего минного офицера корабля лейтенанта Щетинина протралили место гибели броненосца "Петропавловск" и обнаружили минную банку. В середине трала всплыла мина. При попытке её буксировать в воде произошли последовательно два взрыва, уничтоживших и всплывшую мину. При выборке трала всплыла ещё одна мина, которую расстреляли в присутствии прибывшего контр-адмирала В. К. Витгефта.

После этого корабельные минные офицеры были собраны па совещание, на котором высказали свои мнения о причинах взрыва флагманского корабля. Они предполагали, что "взорвавшаяся под носовой частью броненосца мина передала, посредством детонации, взрыв на запас мин заграждения, погреб которых помещался поблизости, причем мины хранились со вставленными запальными стаканами, а так как стеллажи, на которых расположены были мины, устроены по бортам; то мины непосредственно соприкасались с бортом; или удар взрыва мог подействовать на ударник вложенной в аппарат (подводный) самодвижущейся мины, взрыв которой по железу корпуса мог передаться уже на мины заграждения. Прилегавшие погреба 12 дм снарядов с сухим пироксилином могли также принять детонацию п передать взрыв на соседние погреба. Сотрясение же и удары взрывов могли в свою очередь передаться на соседние кочегарные отделения и вызван, взрыв котлов"

Из воспоминаний председателя комиссии для производства расследования причин гибели эскадренного броненосца "Петропавловск" капитана 1 ранга Э.Н. Щенсновнча: "Расследование установило, что "Петропавловск" погиб от почти одновременного взрыва нескольких мин. поставленных ночью с 30 на 31 марта неприятелем па рейде Порт-Артура... Взрыв мины пришелся с правой стороны под отделением минного аппарата. Пироксилин в мимах заграждения, лежавших в погребе около подводных минных аппаратов, детонировал, патронные погреба загорелись, и огонь стал распространяться по всему кораблю с поразительной силой. Офицеры, бывшие в кают-компании, услышав взрыв, бросились наверх и в выходе кают-компании уже увидели желтые огненные языки горевшего пороха в таком количестве, какое не мог дать порох, бывший вне погребов. Затем последовало несколько повторных взрывов".

Комиссия пришла к выводу, что "не может быть подозрения на появление подводных лодок около Артура, хотя у многих первое впечатление после взрыва было таково, что "Петропавловск" погиб от подводной лодки. и даже многие наши корабли, следовавшие за "Петропавловском", открыли огонь по воде, по плававшим гильзам от патронов, выброшенных за борт, принимая воду и гильзы за подводные лодки"54 Напомним, что командование предполагало свезти на берег с больших кораблей весь запас мин. Наместник с этим не согласился и разрешил снять лишь половину запаса, что и было выполнено. Только после катастрофы 31 марта все мины с броненосцев и крейсеров сданы в порт. На "Петропавловске" в момент гибели было 30 мин.

В книге Головачева и Ливрона приведена цитата из английской газеты "Тайме" от 19 апреля 1904 г.: "Пароход "Кориу-мару", который положил мины под Порт-Артуром в ночь па 31 марта, это новый минный транспорт в 2700 т. Капитан Ода, который распоряжался погружением мин, недавно был награжден орденом за новое изобретение, значительно усиливающее действие этого рода оружия".



Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Комментарии:

Оставить комментарий


 
Яндекс.Метрика